4. Про разжиревший зад и толстую шею (1/1)

Терпеть не могу официальные мероприятия. Но ведь без них?— никуда. Реклама, интервью и прочая ерунда?— необходимая часть пиара! Все хотят денег, поэтому мы впахиваем, как бессмертные пони, несмотря ни на дурацкий прикид, ни на плохое настроение, короче, ни на что! В конференц-зале ужасно душно. Он набит людьми, и я в своем сценическом наряде уже через пять минут вспотел так, как басист Рейта после двухчасовой тренировки.От отсутствия регулярного секса жо… ну, вы поняли, растет не только у баб, и я начинаю тихо звереть. После того, как мне заявили, что мои щеки и задница скоро перестанут умещаться в объективах фотокамер, пришлось срочно сесть на диету, и я перестал жрать. Слегка подташнивает от отсутствия сил и энергии: конечно, ведь я жирный, а потому обязан ходить голодным. Невозможность питаться нормально высаживает еще сильнее, когда вдруг замечаешь, что твои согруппники, оказывается, постоянно что-то жуют в твоем присутствии. Нет, они это не нарочно, просто слово ?жалость? им неведомо: их идеальному заду не грозят бразильские объемы, аполлоны хреновы! Уруха издевательски шуршит пакетиком под столом; знает, что я это терпеть не могу, но невинно поводит плечиком и кидает себе в рот орешек. Мерзавец! Боже, как же хочется поесть… а ещё?— поспать.Все только начинается, а я уже сдулся, как резиновый шарик. Наш драммер Кай до сих пор не определился, кого оставить на интервью, а стало быть, лишить крохотного перерыва и вместе с ним надежды на обед, зато придумал взвалить эту обязанность на меня. Мне выпало выбрать еще одну жертву, которая станет голодать вместе со мной до конца мероприятия. Добрый, сочувствующий лидер!Кого наказать? Аой прячет глазки, делая вид, что вселенская скорбь накрыла его звездный образ, но на самом деле он до противного счастлив. Акира, как всегда, по-младенчески мирно дремлет в уголке, спрятав лицо за капюшоном, Кою, гад, с умным видом поправляет очки и… жует, а драммер отдувается за всех, зарывшись в документацию и отвечая на вопросы начальства.Невзирая на пот, вовсю струящийся по спине (черт бы побрал того, кто придумал этот скафандр), я почти дожил до конца официальной части и получил несколько свободных минут, дабы глотнуть свежего воздуха и в качестве приза попить водички.Лидер поправляет растрепавшиеся вихры, продвигаясь к выходу, хватает со стола минералку и, отвинтив крышечку, подносит ее к губам. Неожиданно его внимание что-то отвлекает, а я, воспользовавшись моментом, реквизирую воду и жадно пью, вливая в себя живительную влагу. Взгляд Кая сейчас направлен на того, кто вдруг стал очень похожим на кота, учуявшего запах валерианы, кто немедленно ?поплыл?, распознав среди обилия чужих лиц то самое?— единственное. Обожаемое лицо Дая Андо. Этот кто-то снова задышал в ритме танго, и лидер, не мигая, уставился на ритм-гитариста, а вместе с ним в его сторону повернулся и я.—?Как думаешь, Така, у них серьезно? —?Кай, не глядя, протягивает ко мне руку, и я вкладываю в нее полупустую бутыль.—?У Андо к Широяме? Или наоборот?—?Дайске его будто на привязи держит…—?Может, спросишь об этом самого Широяму? —?отвечаю. —?Хотя нет, не спрашивай, сам же видишь. Дуреют оба.—?Возьми-ка его с собой к журналистам, пока он совсем не растёкся.—?Типа я теперь злодей, да?—?Нет. Лишние сплетни не пойдут группе на пользу, сам видишь?— палево.Киваю в знак согласия. На самом деле неважно, как отреагирует на это Аой, у меня свои претензии к гитаристу: он слишком болтлив.—?Не проворонь, а то уйдет… —?Кай толкает меня в спину.Надо бы не дать Юу подойти к Андо слишком близко?— срастутся тут же, поэтому, обогнав Широяму, я подлетел к Дайске первым:—?Привет. Как дела?Андо виновато улыбается, протягивая руку:—?Здорово! Мне Хара рассказал, что вы попали в переделку. Ты в порядке?—?Ничего серьезного. Живой, как видишь,?— я выдержал паузу и все же решил продолжить:?— Благодаря Тошии и Терачи-сану.—?Извини, паршиво вышло!Улыбка Дайске внезапно стала теплее и шире, прям так и запросилось поэтическое сравнение, но кроме пошлостей мне ничего не пришло в голову, когда за моей спиной нарисовался наш ритм-гитарист. Это была столь мощная энергетика между этими двумя, как будто их притягивало каким-то супермагнитом, а я нелепо встрял между полюсами… Вот если взять и исключить все препятствия, они тут же накинутся друг на друга, как похотливые обезьянки. А я, представляя чужое счастье, страдаю… Голодный, потный и несчастный.—?Дай! —?только и успевает выдохнуть Широяма.И вот он, момент моего подлого маленького триумфа:—?Поговорите потом,?— обращаясь к Андо, с силой оттаскиваю Юу в сторону,?— извини, Дай, но мы должны отвечать на вопросы журналистов. Работа, ты ведь понимаешь? —?Аой возмущенно вырывается, не отрывая взгляда от любовника, а я мстительно шепчу ему, что он эгоистичная скотина, совсем позабывшая о своих обязанностях.—?Какого хрена? —?гитарист завопил, подобно коту, которому наступили на хвост. —?У нас сейчас перерыв на обед!—?У нас сейчас интервью, Широяма-сан,?— произношу проникновенно и спокойно, но крепко держу его двумя руками: иначе вывернется и сбежит. —?Пойдем, обед подождет,?— с миной сожаления киваю Андо, а тот лишь посмеивается.—?Да ничего, увидимся позже, Юу!Аой позволяет себя увести, пыхтит, как набирающий скорость паровоз, и, не выдерживая собственного негодования, яростно разворачивается ко мне:—?Диета тебе противопоказана! —?рычит он. —?Ты становишься злобной сволочью, Руки!—?Правда? А кто больше всех поспособствовал тому, чтобы я начал худеть? Не ты ли недавно обсуждал с Урухой мой разжиревший зад? А щеки, которые уже видны со спины? —?мой голос наполнился язвительными обертонами. —?Ты привлек к этому даже Рейту, обратив внимание, что толстая шея делает меня похожим на отъевшуюся домохозяйку!—?Чёрт! Я не знал, что ты так серьезно воспримешь эту шутку.—?Шутку?! Ощути теперь на собственной шкуре всю прелесть пустого желудка и уязвленного самолюбия, козлина! —?последнее я сердито выплюнул ему в ухо, параллельно здороваясь со всеми знакомыми, которые попадались нам навстречу.—?Да что с тобой такое, Така? —?Он вдруг толкает меня к стене, поскольку мы оказались едва не сбиты людьми из стаффа, ничего и никого не замечающими на своем пути. —?Осторожно!Несколько мгновений мы теряем, выслушивая сбивчивые извинения, затем наша перепалка возобновляется.—?Разжиревший вокалист твоей группы пытается призвать тебя немного поработать, только и всего! —?я уже не сдерживаю гнев.—?Я ведь сказал, что пошутил,?— повторил он и добавил:?— Неудачно.—?Ты выставил меня уродом! Причём, перед всеми!—?Ну-ну! Раз уж страдаешь ты, то и я должен утонуть в том же болоте! —?зло отвечает Широяма. —?Дело ведь не в диете, а в сексуальном напряге, который ты заедаешь обилием мандзю! И только скажи еще, что я не прав…—?Что? Да какое твое дело, чем я заедаю свой недотр…И в это мгновение я подавился словами и воздухом, увидев того, кого меньше всего мог ожидать. Он никогда не являлся поклонником нашего творчества, я не встречал его ни на одном из наших лайвов. Но этого человека я узнал бы сейчас из тысячи: уж слишком часто думал о нем, вспоминая свой недавний позор. Я так и не решился набрать его номер даже, чтобы выразить простую благодарность. И вот, вуаля,?— он здесь, и теперь уж точно не отвертеться: необходимо проговорить хоть что-то, подбирая слова и складывая фразы; элементарное уважение, черт!Тошимаса Хара на ходу расстегивает черный кожаный жакет, из-под которого виднеется светлый блейзер. Шея закрыта тонким шарфом, и он небрежно поправляет его; на ногах высокие, тщательно зашнурованные ботинки. Он элегантен, как модель. Длинная челка закрывает глаза, что делает его лицо сосредоточенным и мрачным.И вот я снова в коленно-локтевой… Флоггер с оттяжкой цепляет жирный зад, и сало брызжет во все стороны… Я урод… Наверняка ему нравятся такие же худые и высокие… Какого черта происходит с моей самооценкой?Потертые джинсы подчеркивают стройные ноги, и я завороженно оцениваю вальяжную походку, фиксируя размеренность шагов. Взгляд темный и уверенный, идентифицирует и узнает, сталкиваясь с моим. На губах появляется и тут же исчезает чуть заметная усмешка. Застрелите меня, кто-нибудь! Такое чувство, что меня только что раздели и отымели одним только взглядом, ей-богу! Он почти поравнялся с нами, но молча прошел мимо, заставляя в недоумении развернуться вслед за ним. Будто невидимый кулак в латексной перчатке жестко ударил меня под дых, вынуждая с шумом выдохнуть из себя весь воздух. Я же… У меня сейчас… Твою мать!—?Ты видел его взгляд?! Это ведь Тошия? Это он вытащил тебя из клуба? —?Аой не позволяет мне погрузиться в волшебный процесс самобичевания, подцепляя на вопросы, как на крючки. Раздражение гитариста быстро сменяется назойливым любопытством. —?Басист Dir en Grey?— и здесь! Что между вами было?—?Хотел бы я не вспоминать,?— непроизвольно вырвалось у меня. —?Ничего,?— добавляю уже твердо,?— между нами ничего не было. Пойдем, Юу.—?А? У тебя уши красные! И… нет, точно что-то было! —?констатирует Аой и тычет пальцем.—?Не пялься! —?отвечаю и отворачиваюсь.У меня жуткий костюм. Эти штаны слишком обтянули зад, от этого он кажется еще толще. Почему жакет сшили таким коротким? Одергивая вниз его полы, пытаюсь скрыть то, что не преминул заметить Широяма.—?Сублимация вредна,?— снова зудит он.—?Заткнись уже!Да, у меня эрекция! Сейчас, будучи трезвым, как стеклышко, могу с уверенностью заявить, что этот басист своим непосредственным участием только что оживил все мои сексуальные фантазии, и настолько оживил, что у меня свело челюсть. Какого хрена происходит?—?Начинай без меня,?— вталкиваю гитариста в помещение конференц-зала.—?Эй,?— кричит мне Аой,?— а ты куда?—?Припудрить нос,?— отвечаю я, метнувшись в противоположный конец коридора. Интервью подождет, а вот мой стояк?— нет!***Тошия никогда не страдал отсутствием сообразительности. Не получив от Матсумото ничего, кроме той записки, но выслушав и приняв во внимание советы мудрого Йоды, то есть Шиньи, Тотчи решил проявить осторожность, не доводя Руки до инфаркта, просто сделать вид, что они не знакомы, но не смог удержаться. Хара должен был увидеть глаза Матсумото и по реакции вокалиста сделать выводы.Знаете, бывает так: видишь человека и понимаешь, что он твой. Неизвестно, откуда что берется?— шестое ли чувство, интуиция, карма; никто не знает, как появляется это знание, но Тотчи не задумывался. Он просто знал и все, хотел убедиться и не терять времени даром. До начала изнурительного европейского тура оставалась всего ничего.Руки всё понял правильно. Хара ощутил, как пронзительный взгляд упирается в его спину и улыбнулся: между ними возникло нужное притяжение. О да, дополнительный балл в пользу мазохиста. ?Думай лучше, Руки! Для кого еще я здесь, как не для тебя?? Сегодня Тошимаса не планировал действовать?— он приехал наблюдать.—?Тошия… —?раздался за его спиной знакомый, чуть с хрипотцой голос,?— сан!Брюнет развернулся довольно резко, и Руки по инерции чуть было не врезался в мужчину, не поймай его Хара двумя руками. Тошия молчал, давая возможность певцу первому выказать все нюансы этикета вместе с извинениями и благодарностями.—?И тебе привет,?— добавил Тотчи в конце речи вокалиста,?— желаю удачи! Вы записали отличное видео. —?Он пожал ему руку, вежливо улыбаясь, собрался уже пойти разыскивать Дайске, но Матсумото удержал его:—?Пожалуйста… один маленький вопрос… —?в ужасе от того, что разговор сливается, времени в обрез, а результата?— ноль, он решился все же затронуть нужную тему.—?Хорошо.—?Ты… Твой взгляд в коридоре, я правильно его истолковал?—?Мы с тобой оба очень занятые люди, Руки-кун, и лично у меня нет времени, чтобы задумываться о подобных мелочах.—?Мне уже все равно, что ты считаешь меня извращенцем, Тошия! Я стою перед тобой сейчас не просто так, поскольку сказать ?здрасьте? я мог еще тогда.Хара был не дурак и, разумеется, трезво оценивал происходящее.—?Ты все еще хочешь, чтобы я связал тебя? —?выдержав паузу, спросил брюнет. Вопрос стал решающим для обоих. Матсумото почти затрясло.—?Да, хочу,?— хрипло ответил певец.Тошимаса мягко улыбнулся:—?Хорошо. На это время я найду.