Часть 9 (Загадка для Лекаря) (1/1)

Часы бьют. Всех. Даже капитана второго ранга Тарасова, который сидя на прохладном кафельном полу, испытывал на себе гадкое чувство затравленного и прижатого к стене кота. Он?— взрослый мужчина, повидавший по горло страшных вещей, сейчас ощущал острое желание выть. Выть от безнадёжности, от ненависти к себе за то, что тогда, в той злополучной и хорошо забытой операции, он в составе группы ?Смерч? не смог стереть с лица земли подонка. Но такой роскоши мужчина себе не позволил?— на нём были офицерские и командирские обязательства.Здравые мысли не забыли путь в думную голову Бориса, поэтому к прибытию контр-адмирала он приказал личному составу бойцов ликвидировать все без исключения проявления прибывания боевиков в этих стенах. Сергей Мыцик, знавший не понаслышке о тягучем и мучительном ожидании, не остался под дверью вместе с Бизоном и уже бывшими заложниками, на которых поступил приказ от генерал-майора Пригова: задержать; да если честно говорить, то эти люди даже не собирались расходиться, хотя женскую половину этого коллектива стала окутывать новая волна паники?— слишком волновало странное свойство времени: с одной стороны оно мучительно медленно ползло, а с другой?— стремительно убегало в прошлое, и оно же позволяло мыслям так не кстати терзать их из нутри, а взяв себе в помощники шатающегося без дела Сармата, побрёл по всем закаулкам здания исключать вероятную опасность для жизни всех обитателей этого среднего общеобразовательного учреждения.Глеб Егоров тоже не стал мучать себя временем, и получив разрешение от Тарасова вышел на отрезвляющий пылкость мороз. Уже стоя на крыльце в накинутом на плечи пуховике, и делая последнюю затяжку, он обратил внимание на снег. Красный снег. А через небольшой промежуток времени на этом же месте остановился тёмный внедорожник. Стойка ?смирно? у Глеба сработала на автомате. Контр-адмирал Булатов не отреагировал как положено на воинское приветствие, а пронзительно смотря в глаза, крепко сжал свободную ладонь спецназовца. Егоров его понял?— иногда вместо тысячи слов благодарности хватает всего одного вот такого мужского рукопожатия. Уперевшись подбородком в черенок лопаты, которой несколько минут назад удалил с видного места кровавый снег, он провожал взглядом двух офицеров до парадной двери этого здания, а в памяти всплыли воспоминания об аналогично уничтоженной своей семье. Глеб провёл параллель между собой и Иваном. Ему были до боли знакомы те чувства, что сейчас переживает этот пускай и легендарный боевой пловец, но в первую очередь человек и отец.Из уст командира не прозвучало дежурной команды ?Группа, смирно!?, когда в поле зрения нерповцев появились контр-адмирал и генерал-майор, хотя и без неё Опер и Дана, вытянулись подобно струнам.—?Где она? —?мужской голос прозвучал хрипловато, на грани слышимости.Борис повернул голову на источник звука, он не ошибся?— рядом с ним, плечом к плечу был Батя. Они оба стояли лицом к царствующей за окном темноте. Развернувшись, Бизон кивнул на одну из многочисленных дверей, от которой Пригов уже смог оторвать оккупировавшее скопление людей, предъявив удовестверение сотрудника ФСБ. Когда толпа, сопровождаемая Никитиным и Лазаревой, скрылась за поворотом, следуя за генерал-майор в неизвестном направлении, Иван дернулся в сторону, куда до этого его сореонтировал Тарасов. Боря уже хотел остановить друга, точно также, как и его Егоров удержал от поспешных действий, но опустив руку, тоже рванул с места.—?Было внутреннее кровотечение, срочно требовалось оперировать?— вышедший Лекарь, практически впечатался в две поразительные физиономии командиров, которые как ему паказалось, готовы были вкапать его в землю за любой неверный ответ, но они продолжали молча испепеляя требовательным взглядом спецназовца?— Операцию девушка перенесла, но в сознание не приходила?— видя недоумение на лицах Булатова и Тарасов, Руслан поспешил пояснить, что оперативное вмешательство проводилось под местной анастезией?— Состояние оставляет желать лучшего. Требуется срочная госпитализация.Информация о планирующейся переправке пострадавшей воздушным путём в Мурманск у Абышева вызвала моментальный протест, породив у Ивана Михайловича внутренний холодный ужас одной фразой, от которой офицер замер в оцепенении: ?При взлёте умрёт!?. Бизон выругался про себя, ведь как объяснишь Лекарю, чтобы он придерживался от таких слишком честных и прямых пояснений в присутствии контр-адмирала, когда молодой паренёк даже понятия не имеет, что он не просто отчитываться перед командирами, а перед отцом, той самой, которая находится на грани жизни и смерти.***Старший-лейтенант Абышев решил выпить кофе, когда в палате появилась женщина, представившаясь при их первой встрече родственницей его пациентки, а именно бабушкой. Остановившись около автомата, мужчина отдал предпочтение капучино, а после этого принялся по обыкновению искать по карманам мелочь, которой как назло всегда там не оказывалось в таких случаях. Но всё-таки раздобыв нужную сумму, Руслан наслаждался ароматным напитком, сидя возле поста главной медсестры медблока. Каждый последующий день нахождения в стенах Уральского военного госпиталя спецназовца сводили с ума, во всяком случаи ему было занимательно узнать, почему контр-адмирал Булатов так элементарно даровал своего бойца в ряды медперсонала, прицельно доверив ему одну единственную пациентку, пребывание которой здесь было полностью засекречено и неафишируемо. Девушка очень медленно шла на поправку, как каждый день рапортовал Лекарь Бате, хотя у медсестёр в коридоре бытовала своя версия на эту тему: мозг пациентки не смог сразу реабилитироваться после всех трагичных событий, поэтому Лена (хотя официально значилась как Александра Грачёва) не приходила в себя. По личной просьбе, как-бы случайно ошибшегося вечером номером телефона, Тарасова Лекарь подобного рода информацию контр-адмиралу не сообщал. Хотя аналогичные вердикты как правило выносятся через один месяц комы, а это значило?— у девушки в распоряжении была всего неделя, чтобы хотя бы однажды проявить свою жизнеспособность.За все эти три недели, что Абышев провёл командировку на Урале, которая зародилась после того, как он озвучил фразу ?Черызвычайно тяжёлое состояние?, его голову не покидают размышления: почему все эти события связанные с этой молодой девушкой носят такой засекреченный и заинтересованный характер со стороны командиров: Булатова, Тарасова и Пригова. Поведение первых двух из которых очень удивляло и интриговало своей загадкой. Изначально Лекарь объяснял для себя все эти странности контр-адмирала и капитана второго ранга их чисто человеческим отношением, незапаганенным высокими должности и погонами. А сейчас возникли сомнения. Нет, не насчёт человечности.С их профессией они довольно часто сталкиваются с заложниками, и да, бывают случаи, когда до боли жалко этих жертв террористов, просто западают глубоко в душу, и поэтому иногда со стороны, тайком любопытствуешься их здоровьем, когда они получают тяжёлые повреждения в следствии штурма. Но это было не тем простым любопытством и человечностью, по мнению Руслана, здесь было что-то гораздо больше.Если за Тарасова говорили его глаза, которые изначально ярко выражали тревогу, а потом даже испуг, то с Булатовым дела обстояли куда сложнее. С камим звериным рвением контр-адмирал требовал, чтобы ему для гражданского лица немедленно предоставил место в военно гоститале, как Иван Михайлович безразлично взвалив всю бумажную волокиту на Пригова, совместно с Бизоном вызвался лично сопроводить и доставить пострадавшую заложницу, хотя эту работёнку могли бы доверить нерповцам. А первая реакции контр-адмирал, когда тот увидел бессознательное тело при перегрузке в машину? Сложно описать словами. Это было полное психологическое смятение человека. Без внимания Абышев не оставил и те незначительные моменты: что на протяжении всей дороги до госпиталя офицер заботливо сжимал её ладонь так, как делают довольно близкие друг другу люди, и то, как Батя бережно держал доверенную ему капельницу в тёмном салоне микроавтобуса. Кто-то, зовёт его Батя,Кто-то товарищ контр-адмирал называетА я называю?— папа!Ведь лучше его не бывает!