Глава 40. Замена. (2/2)

После этого и минутной тишины Ягун снова затарахтел, на этот раз, о предстоящей тренировке. Тернова же раздумывала над словами Лены. Не добрые, и не злые. Просто темные. Именно это говорил ей дед.Гроттер незаметно для себя съела три котлеты, полторы порции мясного салата, отбивную и запила это все двумя чашками чая. Когда она оторвала голову от тарелки, отрывая от свежего куска белого хлеба маленькие кусочки, закидывая их в рот, то в столовую вошел Глеб, вызвав одной мыслью еще большую жажду этого самого хлеба.

Разговоры о Ваньке ее мало воодушевили, заставив еще больше поверить в собственную вину. Не было бы ее - не страдал бы Глеб, не валялся бы Ванька в коме, да и Пуппер не тратился на букеты роз. Не считая пропавшего Урга...

Отложив в сторону недоеденный кусок хлеба, так как в горло больше ничего не лезло, Таня задумчиво покосилась на каждого, с кем рядом сидела.

Лоткова, первая красавица, никогда не привыкла слышать отказов, все получала на блюде от поклонников. Наверняка не испытывала душевных терзаний, полагаясь на свою магию и красоту. Ягун, который был глубже, чем казался на вид. Они не разговаривали еще с дуэли, но по его внешнему виду нельзя сказать, что он обиделся на Таньку, или считает ее причиной всех бед. Дашка - просто Дашка, которая явно рада, что так все случилось. Барсов всегда придерживался политики, что человек сам определяет, что ему важно. И вот когда определился - тогда можно помогать, если это не препятствует остальным принципам. А раз Танька точно определилась, то и Артур за нее рад, при этом, никаких негативных эмоций не испытывая за дуэль.

Оставались некромаги, и с ними все было сложнее. С девушками она не особо общалась, и неясно было, как они относятся к ней. Про Бейбарсова, на которого Гроттер поднять глаза так и не смогла, все было ясно - уверен в своих поступках, действии и чувствах. Все просто, никаких рефлексирований.Глеб, спокойно сняв все, что Жанна тут понаставила, чтобы отпугнуть особо любопытных, зашел в сторожку.- Уходи, - буркнула Аббатикова, лежа на печке, спиной к нему.- Нет.- Кому говорю, свали в могильный туман.- Нет.Пройдя внутрь, Глеб сел на диван, телепортированный сюда позавчера Леной.

- Так и будем сидеть? – приподнял бровь Бейбарсов.- Я – лежу.- Хорошо. Я буду сидеть, ты будешь лежать, вместе будем молчать.Спина девушки чуть затряслась. Сев, она повернулась к брату, наспех вытирая глаза.- Я не оела… Я… Я не аю, как это вышло. Я слиом раабиась, наверное… Мне ак…Молниеносно поднявшись, Бейбарсов подошел вплотную и, сняв сестру с печки, прижал к себе, поглаживая по волосам. Когда Жанна очень волновалась, то проглатывала согласные, и уже это говорило насколько обычно невозмутимая некромагиня Аббатикова не в своей тарелке.- Успокойся. Это не ты. Никто тебя ни в чем не винит, тем более я.

- Я хотела вытащить твое сердце… - прошептала сестра ему в плечо.- Не ты, а она. Разница огромна, не так ли? Со мной все в порядке, ты же сама это чувствуешь.

Глубоко вздохнув, Жанна кивнула, и Глеб положил подбородок ей на голову, успокаивая этим как всегда, когда они были маленькими. Так он успокаивал ее после того, как она впервые лежала в склепе с мертвецами, воскрешенными старухой, после того, как она прошлась по углям и вся кожа на ее ногах пузырилась, после того, как одна из книг едва не отобрала ее эйдос, и он едва успел оттащить Жанну от нее, за что потом получил от ведьмы.- Пойдем.

Через пятнадцать минут Жанна и Глеб уже переступали порог столовой. Свеколт, подняв голову от тарелки еще до того, как они подошли к дверям уже смотрела в ту сторону. Вся троица переглянулась и кивнула друг другу. На языке жестов, которым они общались первые три года в лачуге старухи, Лена спросила, все ли в порядке.Глеб кивнул и подтолкнул Аббатикову, усаживая ту рядом с сестрой, сам приземляясь между Ягуном и Артуром, так как Таня сидела между Леной и Дашей.- Дашка, тебя гитара не поднимет. - Обратила внимание Танька на объем съеденного подругой, хотя прекрасно знала, что на фигуру это никак не скажется. - Идем уже. Перед Новым годом обещали матч с полярными духами, а из-за наших переживаний мы отвлеклись от тренировок. Но теперь-то все в порядке, да? - И все же Гроттер пришлось посмотреть на Глеба, чтобы убедиться в этом. Ей трудно было осознать, что вот этот опасный, сильный, волевой и очень красивый парень - теперь ее парень. Ее, и только ее. Это было так же невероятно, как и проснуться утром на Новый год и получить письмо от родителей.- Да иди ты! – огрызнулась Дашка Тане, дожевывая пончик, нахмурившись.Девушка и сама понимала, сколько только что съела, и от того бесилась, как и всякий раз во время критических. Оптимизма не прибавляли и болезненные ощущения в бедрах и ногах. Хотелось просто забиться под одеяло, предварительно залепив себе рот, чтобы больше ни брать ни крошки. По крайней мере, до того, как не растрясет все, что только что набрала.

Поднявшись из-за стола, девушка оглянулась на Артура, вспоминая, что ее гитара в комнате. На Жилом Этаже. На Жилом Этаже до которого сто двадцать семь ступеней вверх.

О, Древнир…Барсов закатил глаза, поднимаясь из-за стола и смотря на невыносимую Тернову, у которой стали круглые глаза и взгляд испуганного ежика перед колесами автомобиля.

- Ну что, вспомнила, что гитару оставила? – Да тут и без чтения мыслей все понятно было. – Невыносимое создание. – Ухмыльнулся Артур, коротко поцеловав свою девушку. – Топай вниз, медленно и аккуратно, я принесу и контрабас некоторых, которые так же его оставили в комнате. – Выразительно посмотрев на смутившуюся Гроттер, которая думала о чем угодно, только не о тренировке, как обещала, Барсов большими прыжками в полную скорость огромного зверя помчался на Жилой этаж.Глеб за весь завтрак съевший всего несколько блинов и запивший все это одной чашкой крепкого черного чая, ответил на взгляд Тани. В основном потому, что ни на секунду не выпускал ее из поля зрения. Некромаг чувствовал, что она чем-то недовольна. Не им, или кем-то определенным, разве что…Ах… Конечно.

На то, чтобы влезть в мозги Лотковой и проглядеть, что здесь случилось в его отсутствие, юноше не понадобилось и полминуты. Поднявшись из-за стола, Глеб взял Таню за руку и отвел чуть вперед.- Все в порядке. Будет, как только ты перестанешь винить себя, - спокойно ответил Бейбарсов, подозревая, что верно нащупал причины странного Таниного поведения. Хотя, была у него еще одна мысль. – Или же… Таня, если я и то, что я умею и чем пользуюсь, тебе отвратительно, или… ты боишься этого, давай все проясним сейчас. Я не хочу, чтобы в компании своих друзей ты боялась даже посмотреть на меня при них, или потому что стесняешься.Гроттер, как маленькая девочка, послушно пошла за тащившим ее Глебом, внимательно его выслушивая и смотря в глаза, тут же забывая все, что он говорил.- Что, извини? Я прослушала… - Таня собралась, встряхнув головой. – Послушай, мое поведение может показаться странным, оно такое и есть, попытаюсь прямо объяснить, с чем оно связано. – Девушка снова подняла голову и серьезно посмотрела в черные глаза, чье выражение никогда нельзя было угадать.- Я не могу не винить себя, потому что вижу, с чего все началось. Характер у меня такой. Я не ищу причины в других, я ищу причину в себе. Что касается некромагии, то нет, я ее не боюсь. Это вид магии, не добрый и не злой, как вы и говорили. Просто другой. Барсов может сделать намного больше своим словом, если, правда, ему в голову это придет. И сделает это, действительно желая зла. Не хочу сказать, что Артур злой… Черт, куда меня понесло… - Застонала Таня и снова уткнулась лбом в грудь Бейбарсова.- Глеб, мне надо привыкнуть к тебе рядом. Ты новый человек для меня. Ты знаешь почти все обо мне, я о тебе почти ничего. Я залипаю, когда смотрю в твои глаза. Но я не боюсь ни тебя, ни твоих сил, ни некромагии в принципе. Некая особа, даже несколько, научили меня не бояться. Пока ты и твоя сила не будет обращена на моих близких, мне нет причины тебя пугаться.

Подняв голову, Гроттер тяжело вздохнула, жалея, что она такая трудная и дебилка.- Для меня ново встречаться с кем-то, кто не является Валялкиным. Я… Я не знаю… хм… Правил? У нас все было… Как в подполье. Не как у Даши с Артуром – им по барабану где и сколько человек. По крайней мере, теперь стало. Тернова повзрослела рядом с ним. А я рядом с тобой словно девчонка рядом с мужчиной. Я сейчас понятно объяснила? – Она наклонила голову. – Я не знаю, что делать и как себя вести, боюсь оттолкнуть тебя, и не хочу этого делать. Не хочу, чтобы мои действия были слишком навязчивыми, или чтобы меня обсуждали где бы то ни было. Мою жизнь слишком долго трепали все кто хотел, как хотел, и в каком аспекте хотел. Видишь, даже ты, у черта на куличиках, знаешь мою жизнь!- У нее вырвался горький смешок. – Извини. Просто с детства на меня слишком много внимания, я не хочу его, и не считаю, что заслужила. Вся моя заслуга в том, что мои родители умерли, защищая меня, и отец смог сделать Талисман Четырех Стихий, который меня и спас, уничтожив, жаль, не до конца, Чумиху. Я променяла бы свое внимание всего мира, на внимание двух людей, которых я никогда не видела, не слышала, и потеряла всякую возможность узнать… Я видела отца на матче со сборной вечности, он пожертвовал собой, чтобы я могла бросить мяч… И всеееее!!! – Гроттер внезапно разрыдалась, крепко обнимая Глеба и чувствуя, что вот этот человек ее защитит, с ним можно говорить о чем угодно, доверяя самое сокровенное. Это лучше, чем лучший друг. Это родной человек. Задрав голову, поднимаясь на носочки, Таня порывисто и решительно поцеловала Бейбарсова прямо в столовой, обняв за шею, как утопающий круг, чувствуя привкус слез. Однако слезы были не от потери, а от очищения. Высказав все, что приходило в голову, как умеют только девушки, связав несвязуемое, начиная со здравия и кончив за упокой, осознавая, что Глеб поймет ее речь, поймет, что она хотела сказать, и примет ее такую, какая она есть.Выслушав весь монолог, плавно скатившийся в истерику, Глеб, ответив на поцелуй, просто подхватил Таню под пятую точку и вынес из столовой, напрочь игнорируя тут же загалдевших учеников и избегая что-то собравшихся высказать о вульгарном поведении преподавателей.Свернув в короткую нишу, до того пропитанную аурами Терновой и Барсова, что поначалу казалось, что пара потомственных темных присутствует здесь и сейчас, Глеб сел на холодный подоконник, оставляя Таню верхом на себе, поглаживая ее по спине.- Успокойся, апельсиновая, - Бейбарсов мягко стер губами слезу со щеки Тани. – Может, я открою тебе один маленький секрет, но не нужно думать, что делать. Просто следуй за своим желанием, вот тут, - некромаг мимолетно коснулся рукой там, где билось сердце Гроттер, - все уже давно известно. Мне все равно, где и в каком окружении целовать или смотреть на тебя. Не отгораживайся от меня лишь потому, что кто-то может что-то сказать по этому поводу. Ты – важна, они, сколько бы и какие они ни были – нет. Приоритеты – ценная вещь, если уметь их расставлять.Перехватив Гроттер по-другому, на руки, как маленького ребенка, отложив трость, Бейбарсов прижал девушку к себе, застывая. Некромаг мог просидеть так очень долго, не чувствуя ни усталости, ни голода, ни жажды. Скорее бы рухнули своды Тибидохса, чем он бы отпустил ее, и эта уверенность, тепло и спокойствие передавались Тане через руки Глеба.

Таня устала смущаться. Устала плакать, думать, винить себя. Просто захотелось выйти на улицу и заорать в небо, показывая, что жива. Поэтому с удовольствием оставшись на руках некромага, обняла его за шею, утыкаясь лбом в висок и коротко целуя.- Хорошо. Я так и буду делать. Придешь как-нибудь на тренировку?

- А, вот вы где! Гроттер, имей совесть в школьных стенах! – Гаркнул Соловей, и Таня быстро спрыгнула на камни, очаровательно смотря на тренера.- Только в них и имею. Тем более, я недавно болела, мне противопоказанно сидеть на голых камнях. Здоровье слабое. – Развела руками девушка, трагически вздыхая в лучших традициях Склеповой, когда ей надо было что-то получить.

- Ты мне болеть не вздумай! У нас матч на носу! А тут еще Жикин себе кости переломал, так что нет запасного игрока. Бейбарсов, играть в драконобол умеешь?

Гроттер умудрилась не покраснеть и не выдать, что прекрасно знает, каким таким нелепым образом Жикин переломал себе кости. Точнее, может догадываться, так как ничего не видела. Только один человек в Тибидохсе может сломать кости врагу. Барсов-Ильин. Добавляем сюда навязчивость Дон Жуана, маленькое терпение оборотня, характер Жоры, и результат – новый игрок в команде меньше чем за две недели до матча. Зашибись.- Глеб, нам надо выиграть… - Тихо прошептала Таня, обернувшись к парню и заглянув ему в глаза, пытаясь взглядом передать, как это важно для нее.Глеб невозмутимо посмотрел на Соловья, поднявшись и встав у Тани за спиной, не чувствуя ни капли стыда (чувство вообще его не посещающее), да и, собственного говоря, для этой самой капли и повода-то не было. Ни в какое сравнение с тем, что здесь вытворяли те же Барсов с Терновой. Усмехнувшись про себя на вздох Гроттер о «слабом здоровье», некромаг снова уделил часть своего внимания Одихмантьевичу.

- Не знаю, не пробовал, - пожал плечами парень на вопрос, беря трость. – В Алтайскую глушь драконов не залетало, а наша ведьма предпочитала другие виды спорта.Посмотрев в глаза Тане, Глеб кивнул:- Могу попробовать.- Я видел, как ты с сестрами подлетал к замку, - хмыкнул Соловей. – Хватай ступу и марш на поле, пусть Гроттер по дороге расскажет тебе правила и заговоренные пасы.

Резко развернувшись, тренер по драконболу пошел прочь по коридору, направляясь к полю.- Переставлю его в полузащиту, пусть свою трость берет, подстрахует мне центр поля, с Баб-Ягуном там каши не сваришь… Некромагов на нарушениях-то подловить сложнее… - некоторое время доносились его бормотания до Глеба и Тани.Взмахнув тростью, Бейбарсов через руну призыва, начерченную на всех важных для него вещах, призвал ступу.

- Итак? – обнял некромаг девушку, склоняясь к ней. - Мы прикинемся, что ходили на Жилой Этаж и некоторое время еще побудем здесь, или же твоя лекция по драконболу начнется прямо сейчас?Улыбнувшись, Глеб не дал ей ответить, поцеловав.Даша, ворча себе под нос на кошака, который, оказывается, давно уже знал, что она забыла свой инструмент, и напомнил ей об этом черти когда, медленно и осторожно спускалась по лестнице, периодически охая и сдавленно ахая. Там ее, ползущую с поистине черепашьей скоростью, нагнали Дыр и Горьянов.- Тернова, а Тернова… - выросло двое темных по бокам от нее.- Чего надо? – зыркнула на них Дашка, чья ядреная смесь дистанционного сглаза и ПМС так и просила на кого-нибудь наорать, кому-нибудь дать по шее, и вообще конкретно проклясть.- А правда, что Барсов, если назвать его вторую фамилию, ну которая, настоящая, способен услышать, что про него говорят? – спросил Пень.- Это которая, Ильин, что ли? – приподнял бровь Даша. – А что, Пень, поспорил?Парень кисло на нее глянул, из чего можно было заключить что да.- Да поспорили мы, поспорили! – буркнул ДемГор, и ступенька прямо перед ними покрылась какой-то гнилью. – Ты можешь нормально ответить, да, или нет?Парни перепрыгнули ступеньку, как нечего делать, Дашка же притормозила, не зная, как преодолеть неожиданное препятствие. В любом случае ощущения будут болезненными.Глянув на Горьянова, обеспечившего ей такое веселье, Тернова мстительно прищурилась, и демон по имени ПМС торжествующе взревел, требуя крови и зрелищ. Ну или шоколадного тортика в крайнем случае.

- А давайте, проверим! – жизнерадостно предложила Даша, скрестив руки на груди, однако ни Пня, ни Горьяного эта самая жизнерадостность не обманула, слишком долго оба знали Андреевну. – Ильин, ко мне на лестнице внаглую пристают Дыр и Демьяша!Барсов залетел в комнаты, накидывая куртку и тубус, а потом привязал на запястье пару полетных талисманов, перевоплощаясь и прыгая в сторону выхода, изредка оглядываясь, все ли нормально с левитирующими футляром и гитарой.Все шло нормально, и пантера имела возможность довольно быстро стелиться над полом в беге, как тут сработала особенность слуха. Ежедневно Ильин отсекал большую часть того, что слышал. Про него говорили девушки, иногда слишком интимное, чтобы он это слушал, даже для него, иногда простой треп парней. Но голоса Терновой, Гроттер и Бейбарсова с Ягуном оборотень сделал приоритетными. Именно их сообщения доходили быстрее всех и всегда были услышаны.Обнаружив, что Пень и Демьян смеют приставать к Дашке, ягуар зарычал, перепрыгивая через три последних ступеньки и вырастая рядом с девушкой, прямо как Финист Ясный Сокол.

- И какого черта? – Иронично поинтересовался Артур, подхватывая Тернову на руки и перенося ее через сглаженную кем-то (не будем показывать пальцами) ступеньку. Поправив талисманы на руке, оборотень снова повернулся к парням, которые попытались тактически отступить.- Они спорили? – Уточнил Барсов у своей девушки и широко улыбнулся, прямо как Дашка пару минут назад, с той же скрытой угрозой. – Да, отвечаю на ваш вопрос. Я слышу все, если кто-то произносит мою истинную фамилию Ильин. – Артур не стал говорить, что слышит фразу лишь после произношения фамилии, а не до этого. Какая им разница, они вон уже побледнели.- Шли бы вы на тренировку, а? И если еще раз на вас Даша пожалуется, вы одним разговор не обойдетесь. Даже если вы просто спросите время. Все поняли? – Парень показал клыки, собственнически обнимая девушку со спины и пряча ее в объятиях, а темные маги кисло кивнули и умотали вниз побыстрее на тренировку.

- Дебилы. Меня бесит, когда к тебе подходят люди, которые тебе не нравятся. – Пробурчал Барсов, придерживая инструменты в порядке в воздухе. – Идем.У него внутри еще клокотало рычание, настолько парень был раздражен происходящим. Он еще не забыл, как Пень раздробил ногу Дашки, а Горьянов подсунул в магпункте испорченные конфеты. Разумеется, все хотели как лучше. Ага.Дашка расхохоталась.- Тебя бесит, когда ко мне вообще парни подходят, ну разве что за исключением Бейбарсова и Ягуна, - отметила она, все еще посмеиваясь. – Да что там подходят, просто звонят по зудильнику, как Пуппер в тот раз, ах-ха-ха-ха…. Ну все-все, успокойся. Если ты нагнешься, двухметровое сосредоточие кошачьего магнетизма, я даже смогу тебя поцеловать…Барсов похихикал, умиляясь способности Терновой переключить его мысли на более положительные и позитивные.

- Давай. Я могу не только наклониться, но и тебя подхватить на руки. – Не откладывая дело в долгий ящик, Артур поднял Дашу на руки, укладывая, как в самом лучшем гнезде, позволяя болтать ножками. Удержаться от поцелуя было все сложнее. В общем и целом, парень и не стал себя удерживать от искушения, наклоняя голову к Терновой, нежно ее целуя, крепче прижимая к себе.

- Моя милая маленькая Дашенька… Любимая… - Промурлыкал Артур, принося девушку на стадион и ставя на ноги, по прежнему обнимая на уровне груди и установив подбородок на макушке Терновой. Талисманы с руки парень отвязал, осторожно опуская на скамейки инструменты. Правда, чего он не знал, так это где носит Гроттер.Таня прикинула, как опытный игрок, что сможет сделать Глеб на поле, как будет себя вести, и в каких случаях передавать ему пас. Получалось, что он сможет при помощи трости пользоваться магией, и не только заговоренными пасами. Гроттер была против этого, поддерживая честную игру, но понимала, что разные ситуации бывают в высшем драконоболе.

- Хорошо, я все объясню. – Кивнула девушка, смотря вслед тренеру, который был ее любимым преподавателем.

- Возможно… - Таня выдохнула в рот Бейбарсова, поднимая руки на его шею и почесывая коготками затылок, шагая поближе и теснее вжимаясь в парня. – Запоминай… - Прошептала девушка, отрываясь от его губ и судорожно целуя в шею, вбирая запах. – Есть две команды… по десять человек… Ах… И дракон… В команде… Есть дракон… Глеб… Ммм… Пять мячей… Подожди. Глеб! Это важно! – Гроттер наконец пришла в себя и отстранилась от некромага, переводя дыхание и постоянно облизывая горящие губы, которые просто чесались от желания еще целоваться.

- Черт, ты заставляешь меня не думать. Так. Пять мячей. Одуряющий, перцовый, чихательный, обездвиживающий ипламягасительный. Одуряющий – 1 очко, чихательный – 2, перцовый – 3, пламягасительный – 5, и самый неуловимый, обездвиживающий – десять очков. Игра идет до тех пор, пока все мячи в игре. Три вида заговоренных пасов и их контрзаклинания: Гуллис-дуллис - Хап-цап, Труллис-запуллис - Леос-зафиндилеос, Фигус-зацапус - Щупс-курощупс. Глеб? Ты их запомнил? – Уточнила Таня, готовая повторить еще раз без всякого раздражения. Просто сама тоже не сразу запомнила, они же были похожи.

- Запомнил, - кивнул Глеб, чье дыхание чуть сбилось от поцелуев девушки. – Я быстро учусь. Не думаю, что с пасами возникнет какая-либо проблема.Снова притянув к себе Таню, Бейбарсов заглянул ей в глаза:- Идем?- У нас нет выбора. Скоро матч. – Моментально собралась Гроттер, хотя это было изумительно тяжело сделать. – Это действительно очень важно… И не только для меня. – Взяв за руку Глеба, чувствуя всю правильность этого действия, Таня ещераз поцеловала его, и пошла в сторону стадиона, прикусывая губу в раздумьях, что сегодня будет лучше потренировать – перевертон или балансировку? И не дай Древнир Артур что-то натворил с контрабасом…Откинувшись на Артура, Дашка расслабилась, положив свои руки поверх его, нежно поглаживая пальцами тыльные стороны его ладоней, этими касаниями передавая то, чему не было слов.

Мимо них, улыбнувшись паре, прошла Лиза Зализина. Наверное, сейчас весь их с Артуром вид настолько передавал счастье и взаимное чувство, что взглянув на них, улыбки не смогла сдержать и Лоткова. Хотя ее улыбку Тернова определила все-таки как нечто с щепоткой зависти, а вот, Лизина, напротив, искренняя. Должно быть, та была рада за Артура, чувствуя себя многим ему обязанной, да и просто считая другом. Оценив улыбку Лизы, Артур и сам хитро наклонил голову, считывая настроение блондинки. Она по-настоящему была счастлива, найдя себе парня из Магфорда с русскими корнями, который не имел отношения к невидимкам, и, по разговорам, считался адекватным. Барсов подмигнул Зализиной, показав ей большой палец, и широко улыбнулся, счастливый за эту девушку. Она была достойна счастья.Следующими зашли Тузиков и Шито-Крыто. Кузя тащил не только свой веник, но и гитару с прицепом Риты. Мученически взглянув на Барсова с видом «Мужик, вот ты точно меня понимаешь», Кузя уложил гитару неподалеку от контрабаса Тани. Сияя новой хромированной трубой на поле вприпрыжку бежал Ягун.

- Нароооод!!! Новость векаааа!!! У нас замена в команде!!!- Что? – встрепенулась Тернова, мигом выныривая из того уютного состояния в руках Артура.- И кто же? Гуня все-таки добил Соловья? – заржал Пень.- Бейбарсов!!! Вместо Жорика! Они там с Танькой сейчас подойдут, его Соловей лично попросил!

- А ты-то откуда знаешь? – спросила Рита.- Бабусю подзеркалил, - покраснел комментатор, запунцовев ушами.

- А она при чем? – не поняла Лиза.- Как это причем? Жорочка наш у бабули лежит, Соловей его проверять ходил, а бабуля мол, ему еще долго в магпункте с костеростками валяться, так что ты ища-ка замену, вон попробуй кого из новеньких… Так что долой швабру, здарова ступа!Дашка укоризненно посмотрела на Артура. Грозный взгляд подпортила только совершенно очевидная нежность, испытываемая к этому двухметровому лбу, радикально разбирающемуся со всеми, кто ее а) обижает, б) пристает, в) и у кого на нее просто встает. Ильин преспокойно улыбнулся на якобы укоряющий взгляд своей девушки, показывая, что он тут не при чем и нечего так смотреть. Он белый, пушистый и ласковый, мухи не обидит. Вообще. Милый котик, в общем.

- А я знал, что так и будет. И Глеб лучше Жикина, так что вообще так на меня не смотри. – Показал язык Ильин Дашке, отпуская ее к гитаре.

- Ягун! Комментатор хренов, а ну марш в воздух! – неожиданно гаркнул Соловей, умудрившийся подойди незаметно. – Тернова, а ну-ка отлепись-ка от своего героя-любовника, и вспомни, что ты капитан сборной на этом поле, а не розовые сюси-пуси!Вспыхнув в ответ на подколку тренера, Дашка пробурчала себе под нос, что в тот день, когда она наденет что-то розовое, Буян затонет, а на Лысой Горе образуется шевелюра и, схватив гитару, резко запрыгнула на нее. Закусив губу и моргая, останавливая посыпавшиеся из глаз звездочки, девушка быстро набрала высоту, подальше от всех, кто мог увидеть выражение ее лица. Чуть попривыкнув к непередаваемым ощущениям, Тернова глянула вниз как раз вовремя, чтобы увидеть Бейбарсова и Таню. Поморщившись, машинально скопировав выражение лица Терновой при прыжке на гитару, Барсов покачал головой, гадая, вспомнила ли девушка про обезболивающее заклинание, или нет. А потом ему так же пришлось взлететь, выполняя наиболее ценные указания тренера, поглядывая изредка вниз и наблюдая за Бейбарсовым на поле.- Явились! Бейбарсов в пару с Ягуном, отрабатывай пасы, уверен, Гроттер до тебя их отлично донесла! – прошелся Соловей и по этой паре. – Танька живо в воздух, видишь, вон, Тернова там заскучала, какие рожи корчит! И чтоб на мужиков своих не отвлекались обе! Развели тут мне хреньте что!- Это не мы, это оно само. – Улыбнулась Танька распухшими губами, и пожала ладонь Глеба, предоставляя ему шанс начать тренировку. Сама же подошла к скамейкам, доставая из футляра контрабас, проверяя его на погрешности. Все было идеально, так что крикнув Торопыгус угорелус, Гроттер взлетела вверх свечкой, едва не хохоча от затопившего ее счастья. И мячи между ними с Дашкой летали туда-сюда, и ни разу ни одна из них не запуталась в заговоренных пасах, и обманули дракона, не попав ему под хвост…

Не случайно, дорогие мои, в конце стоит троеточие.... Мхяхмямхя... Это же сороковая глава, Боже мой... Как летит время! Только недавно я выкладывала шестую и переживала, что никто не читает фик... А сейчас...))) Спасибо вам)