Бинх, Гуро, Эраст, ау, пре-канон, пре-слэш, сиквел к предыдущему, G (1/1)

Эраст верен себе и своему слову, он правда дает объявление в газету. Вот только Эраст хитер изрядно, весь в брата, и с видом самым честным, самым уверенным утверждает, что щенка можно отдать только в хорошие руки.?Хорошие руки? понятие очень странное. Яше кажется, что хороших рук в их квартире побывало уже изрядно. Мальчишки вроде самого Эраста, молодые девушки, бросающие на Яшу застенчивые взгляды из-под ресниц, пожилые дамы, едва оплакавшие смерть прежних любимцев, семьи с детьми. Чем эти руки нехороши, пытается понять Яша, а Эраст раз за разом отвечает важно: нет, эти не годятся. Нет, Картуш достоин лучшего. Яшенька, я в ответе за это существо, вот если бы ты меня отдавал по объявлению в газете, ты бы позволил меня забрать первому попавшемуся незнакомцу?Эрастову игру понять несложно, и Яша потакает ему, позволяет оттянуть момент прощания. Щенок, ковыляющий по паркету, сильных неудобств не доставляет, Яша готов выждать, пока Эраст уедет в гимназию, и уже после этого избавиться от зверя самому. К следующим каникулам Эраст как раз успеет свыкнуться с мыслью и перестать скучать…Яша очень удивляется, когда приходит домой после службы и находит в квартире незнакомого человека. Тот вскакивает, кланяется.—?Яшенька,?— говорит Эраст серьезно и грустно. —?Это к нам по объявлению. Я нашел Картушу хорошие руки.Яша молчит. Яша не может поспорить. Яша смотрит на эти руки и признает?— руки весьма хороши. Яша сам отдался бы в такие с удовольствием.***Александр Христофорович объявление в газете видит случайно. С некоторых пор он завел привычкой читать всякую периодику, что ему попадается, от первой до последней страницы. Больше Александру Христофоровичу делать все равно нечего. За годы службы отпуска он не брал ни разу, как быть, оказавшись вдруг в бессрочном, он не понимает. Куда себя деть без службы? Чем заниматься, если не исполнением приказов? Сидеть часами одному в казенной комнатушке да гадать, отправят ли его на пенсию и если да, то не лучше ли сразу пулю в лоб, чем вот так остаток жизни?Уж лучше газеты.?Щенок криволапый в хорошие руки? задевает его сразу и больно. Долго Александр Христофорович вышагивает по комнате, сопит. Криволапый, значит. Небось, завели животину и только после поняли, что с дефектом. Не вписывается в красивый интерьер, таким подавай породистых и без изъянов… Долго смотрит Александр Христофорович на себя в зеркало, на фигуру свою перекошеную, на шрам кривой.Выкинут же. Как есть выкинут, если руки хорошие не найдутся. Сашины-то не то что бы очень хороши, но он хоть не выгонит. Честно будет искать хозяев достойных, пока самого не призовут обратно к службе… или пока не придет пора топиться с тоски и неустроенности.Дверь ему открывает мальчишка. Александр Христофорович быстро делает вывод: небось, капризное дитя, завел пушистого друга, да понял, что за таким уход нужен, и теперь ищет, как бы от него избавиться. Немного резко сообщает, мол, по объявлению я, извольте. Мальчишка в ответ смотрит остро и выше тянется, будто потягаться вздумал. Сколько ему? Уж не больше четырнадцати. Ветер в голове, Александр Христофорович и обидеться на него толком за собаку не может. Куда родители смотрели?—?Я в гимназию уеду по осени,?— поясняет мальчик тем временем. —?Картуш!Бежит, семенит к ним неловкий пушистый комок, похожий больше на крохотного медвежонка, чем на собаку.—?Яше некогда щенка растить, у него служба. Картуш, покажись гостю… Картуш?— это я так назвал, это французское.Александр Христофорович меняет свою позицию. Мальчик собаку явно любит, это Яша, кем бы он ни был, от животины вздумал избавиться. Небось, стоить мальчику шагнуть за порог, так отправится щенок на дно Невы в мешке с камнями. Нет, точно нужно спасать бедолагу. Имечко еще какое дал…—?Меня самого Эрастом зовут,?— объясняет, краской заливаясь.—?Александр Христофорович,?— говорит Саша в ответ. Вдруг понимает, что это, наверное, первый человек не из числа докторов да официальных чиновничьих рож, кому он представляется в Петербурге, даже соседи по казенному жилью все сплошь такие же отставные солдаты, служилые люди, за знакомства их не посчитаешь.Картуш нелепый, но любвеобильный. Эраст со всем старанием рассказывает, что животик у него слабый, но он старается, что отличается щен поразительным жизнелюбием, так что играть с ним нужно много и часто, а выгуливаться он привык дважды в день в близком парке.Александр Христофорович не знает, какой черт его за язык тянет, но он говорит уверенно:—?Раз привык, тут уж ничего не попишешь. Будет выгуливаться здесь и дальше. Да, Картуш?Александру Христофоровичу добираться до этого парка от жилья добрый час, но это сейчас не важно.Эраст сияет незамедлительно, вскидывается весь, тоненький и звенящий.—?Ой, как здорово, а можно… а я не помешаю…Переговариваются тихонько, по очереди почесывая Картушу то за ухом, то пушистый светлый живот. Эраст просит, губу кусая?— вы только дождитесь Яшу, если не трудно?***—?Гулять в парке? Каждый день? С незнакомым человеком? —?Яша смотрит на этого незнакомого: хмурого, с прозеленью морской в глазах.—?Яш, я ему Картуша доверяю,?— обижается Эраст.—?АлександрХристофорч,?— сообщает гость неласково, по стойке смирно вытягиваясь. —?Вот, познакомились.Яша едва заметный немецкий акцент на языке перекатывает, наслаждается. Тянет спросить, откуда это, семейное, али рос где, али служил… Прячет за спину руки, сам вытягивается, выправку показывая. Смотрит на Александра Христофоровича сверху вниз, преимуществом в росте пользуясь.Александр Христофорович в ответ лицо поднимает, губы поджимает упрямо.—?Только при моем непосредственном сопровождении,?— говорит Яша сухо, сдержанно. Сглатывает невовремя выскочившее в глотку сердце.—?Яша!—?Ты за Картуша отвечаешь, я за тебя,?— пресекает Яша жалобы.Александр Христофорович взгляд опускает первым. Ресницы у него пшеничные, Яша чувствует отчетливое желание их пересчитать, стискивает крепче зубы и пальцы.—?Ну, будь по-вашему, Яков Петрович,?— ворчит Александр Христофорович негромко, словно волна шуршит по бережку. —?Значит, завтра в шесть.