Глава 10 (1/1)

Глава 720 марта, день, Москва, КремльВладислав Романов, полковник ГРУ Москва с высоты птичьего полета представляла собой нелицеприятное зрелище. Она казалась похожей на смертельно больного человека, по которому еще не видно, что он умрет, но неотвратимость смерти уже нависла и никак его не отпускает. Даже сама природа всем своим видом показывала драматизм положения?— за сегодняшний день ни разу не выглянуло солнце, а сплошная облачность взяла на себя роль белого савана для города-покойника, полностью облачив его до самого горизонта. Город там, внизу, задыхался от пробок, народ наконец осознал, что нужно выбираться из мегаполиса, который может стать одной большой братской могилой для всех. То в одном месте, то в другом было видно аварию за аварией, что только усугубляло дорожную обстановку. Но сколько людей еще осталось внутри этих бетонных коробок, которые неспособны пересилить себя и прорваться через немногочисленных, пока что, оживших трупов? Их большинство. И через сутки они уже не смогут этого сделать, потому что мертвых станет больше, и без хорошего транспорта и оружия они не смогут сделать и шага. А через несколько дней они пополнят армию апокалипсиса, и тогда город падет на колени перед Смертью, и власть ее утвердится пусть и не на вечность, но на долгие десятилетия точно. Несколько миллионов ходячих трупов не позволят людям вернуться сюда. При подлете к Кремлю не осталось ни людей, ни мертвых, все было перекрыто блокпостами, вооруженными до зубов, с танками и артиллерией. На Красной площади под прикрытием бэтээров стояли десятки грузовиков, в которые люди в штатском грузили какие-то ящики, что могло говорить только об одном: независимо от ситуации правительство бежит, поджав хвост. Был ли смысл лететь и что-то докладывать президенту, если он бросает страну в ответственный момент? Думаю, нет. Но приказ обязывает. Лаптев по-видимому специально послал меня, заранее предугадав поведение властей. Сам Кремль перешел на осадное положение, стены ощетинились стволами пулеметов всех калибров, местами стояли даже АГСы и старые добрые ЗУ-23-2. Внутри него же высились заборы из металла, перетянутые колючей проволокой и огромное количество людей из службы охраны президента, теперь они были все в своей черной форме, а не в деловых костюмах, как это можно видеть по телевизору, и вооружены намного серьезней, чем обычно: в основном, иностранными моделями оружия, начиная от немецких MP7, заканчивая американскими снайперскими винтовками M110. Вертолетную площадку соорудили прямо в духовном центре Кремля?— между Успенским и Архангельским соборами. Вертолет грациозно обогнул колокольню Ивана Великого и приземлился на древнюю брусчатку. Дверь в кабину открылась и в нее тут же устремилось несколько стволов. Затем послышался доклад: ?Чисто!?, и со мной заговорили.–День добрый. Где генерал, мы ожидали его, а не вас полковник,?— без особых церемоний фсошник перешел сразу к делу.–Честь имею. Генерал Лаптев не смог присутствовать лично. У него незапланированная конференция с представителями американской и британской разведок,?— здесь я несколько привирал. Сеанс связи действительно был, но сейчас Лаптев находился в Подмосковье, непосредственно руководя отладкой обороны будущего лагеря. —?Я не думаю, что важно, кто доставит сведения Президенту.—?Хорошо. Мы доложим об изменениях. У вас осталось немного времени. Не будем его терять,?— и с этими словами фсошник пригласил меня в машину, подогнанную к вертолету.Бронированный черный джип резко взял с места. От неожиданности пришлось ухватиться за поручни, что не осталось незамеченным со стороны сотрудника ФСО.–Просим прощения за неудобства. Меры безопасности.—?Все нормально. Бывало и хуже,?— и устроился поудобнее.—?Боевой? —?офицер сразу понял, о чем я говорю.—?Так точно. Чечня.—?Понимаю,?— и многозначительно замолчал. За этим коротким разговором не заметил, как промчались мимо Патриаршего дворца и въехали во внутренний двор Сената. Машина проскрипела покрышками по асфальту.–Президент вас уже ожидает. В библиотеке,?— послышалось в рации. Фсошник довольно скоро меня провел через многочисленные анфилады и залы резиденции президента. Насладиться красотой архитектурной мысли, к сожалению, не удалось. Вот он меня провел через известный всем рабочий кабинет ко входу в библиотеку.—?Дальше сами. Он вас ждет. Немного поправив форму и собравшись с мыслями, я постучал в дверь из мореного дуба.—?Войдите,?— приглушенный голос ответил. Зайдя внутрь, я застал президента за листанием какого-то старого фолианта. Он даже не обратил особого внимания на мое присутствие.—?Разрешите? —?спросил я.—?Что ж вы стоите? Начинайте. Вы можете сесть в одно из тех кресел. Для удобства,?— и рукой указал на угол внутреннего балкона, где стояла ажурная мебель.—?Товарищ Главнокомандующий, субординация… —?я было начал.—?Сейчас уже неважно. Сядьте,?— нотки недовольства прозвучали в его голосе. Следующие полчаса прошли полностью безрезультатно. Президенту было наплевать на мой доклад, на обстановку в стране, на будущие смерти, на перспективу остаться без электората. Он сдался, и теперь в числе первых бежит с гибнущего корабля. Все время пока я перед ним распинался, он как ни в чем не бывало продолжал читать старую книгу.—?Да взгляните же вы наконец! —?я не выдержал,?— Неужели вам все равно? —?президент отложил издание и обратил на меня свой взгляд. На меня смотрели совершенно пустые глаза.—?Полковник, все кончено. Вы должны это понимать. На такую угрозу мы ничем не можем ответить. Посмотрите, что творится у наших западных партнеров, у восточных друзей. И вы после этого скажете, что все можно спасти? —?после этих слов он отвернулся. Его взор устремился в Зимний сад. —?Посмотрите на эти искусно сделанные деревья. Они будут здесь стоять вечно, как и навечно город будет охвачен болезнью,?— он обернулся. Передо мной стоял осунувшийся, сутулый человек, в котором не было того лоска и упоения чувством полноты власти. Сегодняшние события сломили его.—?Надежда есть. И в ваших руках все исправить, пока не поздно. Склады ГРАУ полны оружия, его хватит, чтобы население смогло защищаться… —?президент прервал меня.—?Мы не можем пойти на такой рискованный шаг. Граждане нашей страны не владеют культурой обращения с оружием. Посмотрите на Штаты. Там за триста лет не научились ей, а что тогда можно ожидать от наших граждан? —?он замолчал и резко выдохнул.—?Какой президент такие и граждане,?— его позиция вывела меня из себя,?— Если вы такого мнения о собственном народе, то кто вы после этого? Вы заботитесь лишь о собственной безопасности, когда в данный момент десятки тысяч человек не могут позволить себе защитить себя и своих близких. Вы?— ничтожество дорвавшееся до власти и неспособное принять судьбоносное решение. Вы можете только бряцать ядерной дубиной перед уважаемыми западными партнерами. И лизать зад китайским друзьям, для которых наша страна?— сырьевая база. –мой гнев наконец-то утихомирился. Теперь я наблюдал за реакцией, пожалуй, уже бывшего Главнокомандующего.—?Довольно резко. Не каждый так смог бы высказать. Но я вас прощаю, полковник. Спасибо за службу. А сейчас?— свободны. Спасайтесь, бегите из города,?— и нерасторопно начал спускаться на нижний этаж библиотеки, под сень искусно выполненных стеклянных деревьев, что стояли в Зимнем саду. Власти в нашей стране не осталось. Я не особо хорошо запомнил свой обратный путь к вертолету. Уже в воздухе из душевного оцепенения меня вырвал звонок от Вяземского:—?Романов, генерал просил осведомиться.—?Все провалено. Передай Лаптеву, власти больше нет. Каждый сам за себя,?— голос мой звучал понуро.—?Понял. Кстати, твоих эвакуировали. Ты летишь в центр. Ведомство оставляет штаб-квартиру.?– Без эксцессов?—?Не беспокойся, они в безопасности. Увидимся,?— и отключился. Хотя бы одна радостная весть за сегодня. Вечерний город озарили первые пожары?— верные признаки того, что он обречен. Ленинградское шоссе, над которым мы пролетали по пути в Солнечногорск было забито машинами, началось паническое бегство. И это тоже меня радовало?— эти люди еще проживут какое-то время. Москва умирала в конвульсиях