Глава 19 (1/2)
– Ты еще хуже, чем я думала! – с порога заявила Цири.
Она без стука ворвалась в покои Боромира, прервав его разговор с братом.– Бессовестный и лживый! – орала чародейка. – Это проклятое Кольцо лишило тебя разума! Ты посмотри на себя: где тот благородный воин, который вышел из Ривенделла? Ты стал непохожим на самого себя. Я не верю в то, что тот Боромир принес бы оковы под видом подарка! Как низко ты опустился!Боромир нахмурился и скрестил руки на груди. Фарамир с любопытством посмотрел на брата.– То была вынужденная мера, – спокойно ответил Боромир. – Ты сама виновата. Будешь вести себя нормально, выполнять мои приказы – я его сниму. Это скорее поучение: в следующий раз, когда тебе захочется выкинуть что-нибудь ?этакое? ты подумаешь, стоит ли это делать, поскольку будешь знать, что тебя все равно схватят и закуют в двимерит.Боромир в упор смотрел на чародейку, его взгляд был требовательным и строгим.– Разве не ты обещала служить Гондору, если я соглашусь взять тебя с собой? Ну, и кто из нас лживый?– Я не отказывалась от своего обещания! Я буду выполнять твои приказы, но разумные. Устраивать фейерверк в честь твоего возвращения с Кольцом так же глупо, как и устраивать его у тебя на могиле. Ты не понимаешь, что оно тебя погубит? Есть куча способов применить магию с пользой, и я не собираюсь выполнять твою блажь или пустые капризы, попроси меня сделать что-нибудь стоящее, и если это будет мне по силам, я выполню твое распоряжение.Боромир усмехнулся:– Ты будешь оценивать целесообразность приказов правителей Гондора? Думай, что говоришь! – в его голосе слышалось раздражение. – Делай, что велено, иначе мне придется пересмотреть наше с тобой соглашение.
Угроза Боромира подействовала: она не могла допустить, чтобы ее прогнали, поэтому решила, что действовать придется хитростью, исходя из обстоятельств.– Возможно, в чем-то я была неправа, но пытаться доказать мне это такими методами, – Цири тронула колье, – подло.– На пороге война,и у меня нет времени перевоспитывать тебя другими методами, – пресек ее обвинения Боромир.– Сними с меня этот ошейник, – сквозь зубы сказала Цири, осознав, что спорить с ним бесполезно.– Иди в больничное крыло и вари зелья. Я сниму его, но тогда, когда посчитаю нужным. А теперь извини, у меня много дел, – он повернулся к Фарамиру, давая ей понять, что разговор окончен.
– О чем это вы? – поинтересовался Фарамир, когда чародейка вышла.
– Я заковал ее в двимерит, – сказал Боромир. – Это волшебный металл, который не позволит ей колдовать. Отец сказал, что на любое колдовство управа найдется – и нашел же ведь!
Фарамир удивленно поднял бровь, а Боромир продолжил:– Существует два ритуала, и один из них очень простой, не нужно быть магом, чтобы его осуществить. Металл сам по себе волшебный, поэтому достаточно надеть оковы и скрепить место соединения кровью. Существует еще какой-то способ, но тот магический, и я не вникал в подробности.– Когда я вошел в библиотеку, случайно услышал твой с отцом разговор. Так вы о ней говорили? Ты уверен, что сможешь снять это, когда понадобится?– Да. Все очень просто: нужно сделать небольшой порез на своем пальце, затем на ее пальце, и соприкоснуться. Кровь смешивается и запирающий украшение эффект пропадает. То есть, если вдруг понадобится заковать ее снова, придется уже использовать кровь другого человека.Фарамир покачал головой.– Как же, даст она себя второй раз заковать! Она тебе еще за первый не отомстила! – рассмеялся он, а потом посерьезнел. – В одном она права: ты сам не свой. Но я надеюсь, теперь ее колдовство перестанет на тебя влиять.– Я же говорил тебе, ее магия на хранителя Кольца не действует… – начал Боромир.– Мне со стороны виднее, – перебил его брат. – Ты не контролируешь свои эмоции и совершаешь необдуманные поступки, гневливость превышает пределы разумного. Ты вернулся в Минас Тирит другим.Боромир собирался возразить, но разговор прервал слуга, который сообщил, что наместник желает их видеть, братья вышли из комнаты и поспешили к нему.***
Саруман в задумчивости отошел от палантира. Разговор с Сауроном в этот раз его скорее расстроил. Узнав, что в руках Сарумана ценные пленники, он решил прислать одного из назгулов, чтобы тот пообщался с ними лично.
Теперь маг гадал что это: недоверие или просто желание все контролировать? Когда Саруман сообщил Темному Властелину то, что он узнал от единорога, тот был очень доволен: перспектива покорить другие миры взбудоражила его разум. Однако сейчас маг начал сомневаться, не поспешил ли он рассказывать обо всем Саурону.
?Единственный способ заполучить девчонку – это выманить ее из Минас Тирита с помощью ведьмака, – думал маг. – Конечно, Саурон рассчитывает рано или поздно захватить эту крепость. Но ведь Цири может погибнуть при осаде. О ее даре может узнать наместник Гондора. Может случиться все что угодно, так что действовать через ведьмака надежнее?.Некоторое время Саруман стоял возле окна и смотрел на нависшие грозовые тучи.?Не нравится мне эта идея. Большинству людей назгулы внушают непереносимый ужас. Думаю, Геральт тоже будет не в восторге от такой встречи?.***
В последние дни Боромиру снились неприятные сны: просыпаясь, он не помнил ничего конкретного, но было тягостное ощущение, чувство безысходности. В сознание пробивалась интуитивная догадка, что что-то он делает неправильно, и оттого на душе становилось муторно.Сейчас он лежал, проснувшись после очередного кошмара. Его глаза были широко открыты, а спину обволакивал липкий холодный пот. В своем сне он любовался красивым звездным небом, стоял, задрав голову, и наблюдал за далекими подмигивающими огоньками, рассыпанными по темному полотну небосвода. Неожиданно небо качнулось и очутилось под ногами, звезды исчезли. Перед ним была черная пропасть – бездонная, беспросветная и зловещая. Ему показалось, что тьма живая, что она ощущает его присутствие. Появилось чувство падения и тошнота.
Боромир проснулся, с трудом осознал, что это был только сон, а сам он лежит в мягкой кровати, а не летит куда-то в бездну.