Глава 35. (1/1)

Чутье не обмануло бывшего главнокомандующего автоботской Империи. Уже в теневую фазу небо начало заволакивать пеленой зеленовато-серого тумана. Непроглядная мгла опустилась настолько низко, что и через тюремный иллюминатор было видно, как защитный купол, раскинувшийся над казармами и ареной, отражает первые невидимые струи обрушившегося на пустыню кислотного дождя. Потрескивание силового поля и далекий шум наполнили коридоры и отсеки гладиаторских казарм. Даже на записи Саундвейву казалось, что он чувствует, как воздух дышит сыростью и испарениями фтора.Объявления для гладиаторов не заставили себя долго ждать. Бои на арене прекратились. Многие наемники – даже те, контракт с которыми еще не истек – на время покинули астероид. Для оставшихся наступало время тотальной скуки и погружения в себя. Заряд на платформы подавался минимальный, и потому почти все время приходилось проводить лежа на них, восстанавливая медиаторы нейросети. Зато заключенным и оставшимся наемникам прибавили порцию энергона, чтобы насытить металл корпусов и повысить сопротивляемость окислению – в атмосфере фтора горело не только железо, но и самая обыкновенная вода. Низкозарядными плазменными мечами на тренировке пользоваться категорически запретили. И даже охрана больше не ходила по коридорам с электрошокерами. Взамен плазменным, на выручку пришли самые обычные клинки из титанового сплава.***– Вставай, командор, нас ждут великие дела, – отключив режим непрерывной зарядки, Мегатрон резко вывел Децимуса в активное состояние.– И чем тебе так не терпится заняться в моей компании, – проворчал шаттл, тем не менее поднимаясь с платформы, – вообще-то это я тебя выкупил, чтобы развлекаться в период дождей, ты забыл?Линзы Мегатрона азартно горели в полутьме. Занималось тусклое утро.– Вот и развлекайся. Ты же тренер, Юникрон побери. Пока остальные наемники тянут высокозаряженный в притонах окрестных систем, я хочу успеть на полный тренировочный цикл в ангар.– Я бы тоже не против принять высокозаряженного и облететь ближайшие притоны. А ты – просто псих, – все также мрачно ответил Децимус. – Мы с тобой пробыли в спящем режиме почти пять теневых фаз. Смертельная скука так измучила тебя, что ты перестал думать о самодезактивации? Может, давай отключимся еще, и ты, возможно, научишься ставить более далеко идущие цели, и…– Заткнись, пожалуйста, командующий, пока я не возразил тебе с ноги в носовой конус.И только тут Децимус залился хриплым добродушным смехом. Было видно, что Мегатрон тоже едва сдерживает напускную серьезность. Он был в отличном расположении духа, но его нетерпение чувствовалось острее.– Пройдет пара декациклов, вернутся наемники – в ангаре проходу от них не будет. Самое время научить меня кое-каким приемам.– А мои повреждения?– Я только что вернул в подвал мини-сканер. У тебя стопроцентное восстановление всех систем. Не в лучшем смысле, конечно, но по крайней мере, до того убогого уровня, что был у тебя перед нападением.– И что это за шлак ты тычешь мне в лицевую пластину?– Тренажер, – усмехнулся в ответ десептикон, держа в руках массивные, чуть заостренные темно-синие крылья. – Хочу тебе их вмонтировать. Я только что позаимствовал их у моего ржавого коллеги в обмен на его сканер, так что будет не жалко… Кстати, похожи на твои настоящие, не то что те, что валяются в углу.Децимус усмехнулся.– Догадываюсь, зачем ты их приволок. Похвальная наблюдательность. Только у тебя не получится.– Да, я все еще грежу об ударе, которым ты срезал крылья этому монстру Астротрейну? И у меня получится. Потом можешь отправляться на зарядку хоть на два декацикла. Я найду себе занятие.Децимус только сверкнул линзами и молча повернулся спиной к Мегатрону, запустив микро-трансформацию креплений под принесенные крылья дезактива.– Срезать крылья одним ударом, Мегатрон, это, конечно, эффектно, но…– Знаю, это не самое сложное. Вот и меня интересует другое – твой обманный маневр, который через пять движений приводит к возможности такого удара. У меня это пока не получается.– Уловил самую суть.– Стараюсь смотреть чуть глубже, чем другие. По мере моих скромных способностей, конечно, – съязвил десептикон, в одно движение приладив товарищу оба крыла, – но рассчитываю, что с твоим-то опытом заглядывания в глубины, Колодцы и прочие дыры, я научусь чему-то большему.– Не умеешь подмасливаться, – констатировал шаттл.– Даже не пытаюсь.***Автобот и десептикон стояли в том самом тренировочном ангаре со сломанными воротами – хозяин не торопился с починкой ввиду почти пустующих казарм. Противники вооружились обычными металлическими клинками средней длины. По одному в каждом манипуляторе.– Ты что-то говорил о шарковом кластере в моей Искре, командор. Как ты думаешь, он поможет мне завалить такую громадину, как ты?– Да уж, слышу это от минибота. А заправь тебя до отказа, со своей защитной броней и платформами по весу ты, пожалуй, превзойдешь меня. Но не надейся! Способность – это еще не умение. Только реальный навык формирует индивидуальные алгоритмы действий. Для этого бесполезно искать драйверы и надеяться, что все получится подпрограммно.– Вот поэтому я и здесь.– Ты сам напросился!Децимус без предупреждения провел первую атаку, и Мегатрон, ошеломленный его внезапным напором, едва не оступился, с трудом отразив нападение.– Слабовато, слабовато… – шаттл не упустил возможность ядовито прокомментировать результат защиты. – Еще немного, и я поверю, что мой бездарный ученик по-прежнему не хочет, как он выразился, ублажать тупую беспроцессорную толпу…– Не хочу! – Мегатрон скопировал предыдущую атаку шаттла, удвоил скорость и, в свою очередь, заставил того отступить, с интересом следя за обороной соперника. – Но я, пожалуй, еще поживу. Так интереснее. Тем более, я у тебя еще не всему научился.– Жить полезно, но порой неприятно, звереныш. У актива разнообразный вкус. Но, коль набрался смелости по-настоящему его распробовать – не жалуйся.Учебный бой продолжался более астрочаса и протекал настолько интенсивно, что к концу оба противника израсходовали почти десять процентов своих ресурсов, о чем не преминули сказать друг другу. Саундвейв же оценивал это по струйкам конденсата, потекшим из щелей сегментов, и по облачкам пара, вырывающимся из вентиляции перегретых серво. Мегатрон держался достойно. Но связист видел, что в некоторых приемах шаттл очень щадит своего соперника.– Думаешь, я стану тебя хвалить, – немного разочарованно сказал Децимус, – пока похвалы заслуживает только твой кластер. Он чувствует опасность и хоть как-то защищает тебя от нее, вынуждая на противодействие. Ты же сам дерешься невероятно предсказуемо, как наэнергоненный боевикон в притоне.– Смею напомнить, я боевой офицер, пусть и разжалованный.– Смею предположить, на поле боя ты был по большей части в альтформе. Невелико мастерство – палить из пушки и давить всех вокруг усиленными гусеничными траками. А об увольнительных боевых офицеров вспоминать не стоит, чтобы мы вновь не возвращались к спору о высоком искусстве пьяной танковой потасовки.Ловкий прием выбил один из клинков из ведущего манипулятора Мегатрона.– Всю твою жизнь тебя спасали предустановленные при создании базовые программы, пора бы самому потрудиться над их окончательной активацией и усовершенствованием. Ну же, удиви меня! Отбери оружие!Соперники снова закружили по залу. Децимус дразнил Мегатрона, шевеля чужими крыльями за спиной и копируя злобно-растерянное выражение лицевой пластины своего партнера.– Хорошо, автошлак!Перестав обращать внимание на издевательские гримасы противника, Мегатрон унял злость, лицо его приобрело спокойное выражение, только линзы продолжали сосредоточено следить за движениями Децимуса. Шаттл старался загнать десептикона в угол, не давая шансов на обманный маневр. Но с каждой серией ударов командору приходилось отступать все дальше, пока, наконец, Мегатрон не оттеснил его в самый центр зала.– Передохнем немного, – сказал десептикон, воткнув свой единственный клинок в белый кварцевый песок манежа. – Пусть сервоприводы остынут. Вот я что подумал, Децимус, зачем ты этим занимаешься? Так увлеченно размахиваешь секирами и прочими смертельно опасными приспособлениями? Зачем-то стал тренером.– Занимаюсь, и неспроста, звереныш.– Именно. А мог бы валяться на платформе все свободное время или пить высокозаряженный с наемниками. Здесь вообще неплохо с развлечениями для обычных бойцов. А тренер обязан торчать в ангаре постоянно. Я думаю, наемники научили тебя новым приемам, они не все полные бездари. Так что, раз ты этим занимаешься, этому есть единственное объяснение – это самое шлаковое мастерство тебе может очень понадобиться в любой момент.– Может, Мегатрон.– И мне кажется, я догадался о твоей цели высшего порядка, о которой ты мне тут всю дорогу распинаешься. По крайней мере, о самой главной… Продолжим?Снова блеснула сталь, Мегатрон нанес удар и ловко вывернулся из-под локтевого сочленения шаттла. Удар Децимуса пришелся по касательной. Искры вспыхнули в ядовитой атмосфере и тут же прогорели, оставляя за собой черные дорожки.– Ты проговорился о дезертирстве генерала Циклонуса, – продолжал десептикон. – О том, что сам приказал это сделать. Почему? И потом, этот татуированный с идиотской раскраской. Это неспроста, так ведь?! Астротрейн – бывший военный, он однозначно был у тебя в подчинении, возможно, даже в прямом, если он был среди высшего офицерского состава. Тогда выходит…– Неосторожно говорить об этом здесь. Это общественное место, в стены может быть вмонтировано до шарка звуковых сканеров, а акустика здесь слишком хороша.Губы Мегатрона обнажили его довольный оскал. Десептикон определенно знал о том, что недавно стало известно Саундвейву.– Ты был одним из самых жестоких командующих. Меньше других мыслил категориями спасения своих солдат, даже меньше, чем военачальники-десептиконы. И твои цели действительно оправдывали средства. Войну ты выиграл. И несложно предположить, какие у тебя были дальнейшие планы. Когда стал близиться конец войны…– Да захлопнешь ты наконец свое не в меру болтливое ротовое отверстие!В это же мгновение Мегатрон бросился на пол, подкатился под нижние опоры соперника и сбил его с ног. Потерявший равновесие Децимус выронил клинок. Астросекунда потребовалось ему, чтобы прыжком восстановить равновесие, но именно тогда, перехваченный десептиконом клинок, врезался в крепления крыльев. Мегатрон не срезал их – для этого все-таки требовалась энергия плазмы – он просто выломал одно крыло, но сделал это в один прием, как и хотел. Резко развернувшийся к нему Децимус только добавил инерции в этот акт. Крыло полетело в сторону. Однако тут же командор ловко ударил десептикона по кисти и вновь завладел вторым клинком, перехватив его прямо на лету. Мегатрон взвыл, сначала от досады, а потом и от боли, когда Децимус вонзил острую сталь под крепления гусеничных платформ. Он нанес удар снизу, попав в самую крупную старую пробоину на спине. Металл выгнулся, платформа со скрипом отъехала в сторону, открывая спину десептикона. Еще мгновение – и новый удар пришелся в самую ее середину. Очередной сноп искр вызвал тревожный писк пожарного датчика на стене.– Ты дезактивирован! – констатировался шаттл, бросив испорченный погнутый клинок и, не церемонясь, отшвырнул Мегатрона к стене ударом опоры в моторку. Синие линзы пылали гневом. – А теперь еще и придется тебя чинить.Упавший десептикон быстро поднялся. Он улыбался, нисколько не раздосадованный поражением.– Проклятый автошлак, опять ты победил!– Потому что надеяться только на боевые программы Юникрона глупо, не он один умел сражаться, второй Создатель тоже немало преуспел в военном искусстве.– Теперь я еще больше заинтригован и вижу из этой ситуации только один выход.– Да, выход один. Через сломанные ворота. Возвращаемся в мой отсек, раз уж у тебя так чешется твоя не в меру длинная десептиконская глосса. В своей конуре я хотя бы проверил каждый механометр поверхности на наличие прослушки.