Часть 3 (2/2)
Над городом уже тускло сияла луна. Неудивительно, что он чувствует себя выжатым, как лимон. Хотелось лечь и уснуть. Желательно - навсегда. Что за бред в голову лезет...
Дима повернулся, и взгляд упал на постель. Хорошо, что в свое время он, потакая своей тяге к комфорту, купил большую кровать. И плевать, что она заняла почти всю комнату. Зато в ней с легкостью могло уместиться два человека и проспать, ни разу за ночь не коснувшись друг друга....- Димка… - Влад негромко позвал его после того, как шарики окончательно сформировались на столе. – Давай завтра… хотя нет, если ты решил все-таки топать в гордом одиночестве, тебе отдохнуть нужно… Я сам справлюсь, правда. Ты это, ложись спать.
- Ну, спасибо за разрешение... - проворчал Дима себе под нос. - Не раньше, чем ты сдаешь мне экзамен по маскировке!- Ну чего ты стебешься? – Влад прислонился плечом к дверному откосу и теперь задумчиво рассматривал творение своего разума. – Ну, правда, ты ж не в кондиции будешь. Мне-то что, спать буду, а тебе шляться предстоит.
Три совершенно одинаковых маятника тускло блестели в свете ламп.- Я не завтра туда собираюсь, - Дима появился на пороге кухни, окинул взглядом стол и вздохнул. - Ну что за непослушный ребенок... Это было твоим домашним заданием. А сейчас маятник должен был исчезнуть. Владиус... - почему-то вдруг захотелось подойти и погрузить в его непослушные пряди пальцы. - Пожалуйста... Ты еще успеешь с этим наиграться. Но сначала ты должен научиться защищаться, - он помолчал, разглядывая созданные Владом иллюзии. - У тебя очень хорошо получилось, - склонился над столом, прикрыв глаза. - Но им кое-чего не хватает.Влад так же склонился над столом, рассматривая иллюзию, потом легонько, самым кончиком пальца подтолкнул шарики и улыбнулся теням, заплясавшим на столе. Потом так же толкнул шарики второго и третьего маятника.
Один из маятников тихонько поскрипывал, второй – пощелкивал. Третий двигался абсолютно беззвучно.- И чего же им не хватает? – Влад отвернулся от стола и теперь рассматривал спокойное одухотворенное лицо Димы.- Звука. Ты сам слышишь, как по-разному звучат твои иллюзии. Послушай, как звучит настоящий, - Дима придвинул к Владу реальный маятник, надеясь, что тот услышит, как поет рассекаемый стальным обручем воздух. – Я понимаю, что таких тонкостей тебе может и не понадобится, но лучше начинать с малого. А теперь заставь их исчезнуть.
Влад просто кивнул и отпустил иллюзии, которые тут же растаяли.- Делай или не делай. Я понял, - в следующий момент мягко покачивающийся настоящий маятник плавно растворился на фоне стола. Растворился весь, вместе с четкой тенью и тихим-тихим шелестом воздуха. - Так?- Очень даже неплохо. Только убери вот здесь, где видно, как дрожит воздух, - Дима отступил и облегченно перевел дух. – Ты быстро учишься. Это радует. Но раз ты у нас домашнее задание уже выполнил, то, пожалуй, на сегодня закончим. Тебе нужно поспать. Да и мне тоже. Для нас обоих это был долгий день.
- Душ… мне до чертиков в душ хочется… - неловко попросил Влад. - И зубную щетку бы… Я с моим чудным желудком был немного несдержан после первого воздействия.- В твоем распоряжении, - Дима махнул в сторону ванной. – А щетка… - он запустил пятерню в волосы, пытаясь вспомнить, имеется ли в доме таковая. Разумеется, запасная. – Пошарься в шкафчике над раковиной. Кажется, где-то завалялась и даже новая. Когда покупал себе, вторую в подарок давали.
- Димка… - Влад густо-густо покраснел. - Можно я в полотенце спать буду?Тот только рассмеялся.
- И что станется с твоим полотенцем через полчаса, как ты уснешь? Не говори ерунды, поройся в шкафу. Там много нового белья, может, и найдешь себе что-нибудь.
- Но это же ТВОЙ шкаф… - совсем уж убитым голосом выдал Влад, но послушно поплелся в сторону, куда махнул задерганный усталый хозяин дома. - Я завтра домой смотаюсь… шмоток возьму. Блин, извини.- Достал извиняться. Все же вроде уже решили. Так что еще раз услышу, устрою ?веселую? жизнь, - в спину ему бросил Дима и принялся убирать со стола, только бы чем-нибудь занять руки.
Спина на миг просто окаменела.Влад нырнул в душевую и, закрывшись изнутри, сполз по двери на пол.Настроение колебалось между отметками ?все хреновее не придумаешь? и ?полный анус?, стремительно приближаясь к последней. Чужой дом. Чужой человек, который, отчего-то ощущается как продолжение его самого. И вроде бы все нормально. Вот только тянет что-то, ноет в груди. Ноет.Медленно он поднялся на ноги, разделся и влез под воду, крепко зажмурившись. Нет, Владик. Это не кошмарный сон. Не иллюзия. Это твоя жизнь.Он недолго отмокал. Дождался только, пока не прекратят ныть от усталости мышцы и выбрался. Подхватил из стопки в шкафчике чистое полотенце, вытерся наскоро, обмотал бедра пушистой тканью и, отыскав новую зубную щетку, с наслаждением почистил зубы. Грабить Димку еще и на белье он так и не решился. Наскоро прополоскал собственную деталь интимного туалета и стыдливо повесил на полотенцесушилке подальше, чтоб Димка не заметил.В спальню он буквально просачивался, тихонечко, на цыпочках, так и не рискнув испробовать новообретенную ?плюшку?. Ну, еще бы, Димке развеять его морок - занефиг. Прислушался… нет, гремит на кухне тарелками. Влад аккуратно сложил свои вещи в уголке на стуле и быстро юркнул под одеяло, только тогда стянув влажное полотенце и складировав его рядышком на полу.Дима закончил с посудой, выключил на кухне свет и вышел в коридор. Дверь в ванную была приоткрыта. Влад уже закончил? Хорошо. Значит, теперь его очередь. День действительно был долгим…Прохладный душ и бодрил и расслаблял одновременно. Странно, но присутствие в квартире еще одного человека абсолютно не напрягало. Что было особенно удивительно, учитывая, как Дима не любил любые ограничения. Но вот Влад почему-то воспринимался как нечто естественное. Словно… они знают друг друга всю жизнь, и всю эту жизнь провели рядом. Или все дело в том, что сейчас, именно сейчас он боялся остаться один на один со своими мыслями? Да, наверное… Также, как и Влад. Они оба остались без своих… половинок. Кусочков сердца и осколков души, без которых снова не стать целыми. Боже, какой пафосный бред лезет в голову. Это ведь просто обстоятельства. И ничего больше.
Дима выключил воду, вытерся, обернул полотенце вокруг бедер и вышел из ванной комнаты. Квартира была погружена в мягкий полумрак и уютную тишину. Дверь в спальню была чуть прикрыта, и Дима на носочках тенью проскользнул на кухню. Вытянул сигарету из пачки на подоконнике и, устроившись на табуретке, прикурил. Взгляд устремился за окно, и эмоции, так долго и упорно сдерживаемые, хлынули потоком, как вода сквозь разрушающуюся плотину. Чувствуя, что еще немного, и он позорно разревется, Дима поспешно затянулся. Слишком сильно и глубоко, и на глазах выступили слезы. Он закашлялся, зло и больно провел ладонью по лицу, словно оно было в чем-то виновато. Стиснул пальцами сигарету и заставил себя собраться. Вернее, попытался собраться. Потому что воющее от тоски сердце слушать его приказов не желало.
Как в тумане Дима приподнялся с табуретки и дотянулся до телефонной трубки, лежащей на краю стола. Пальцы сами набрали номер – единственный, который он знал наизусть. Послушал гудки, а когда на том конце что-то щелкнуло, нажал кнопку отбоя. Пару мгновений смотрел на горящий дисплей и выключил телефон совсем. Дрожащими руками вернул его на стол и, затушив сигарету, свернулся клубком на табуретке.
Тоска ударила неожиданно. И подло. И больно. Так больно, что Влад какое-то время просто не мог дышать, бессильно корчился на постели, захлебываясь слезами. Он сполз с трудом, зло смахнув с лица соленую влагу, потянул за собой какую-то простынь, обернувшись в нее, точно она была последней его защитой, и вышел, прочь из темной уютной тишины комнаты, туда, к источнику этой боли, бьющейся под самым сердцем.- Димка… - позвал он от порога кухни, а потом просто шагнул вперед и обнял комок нервов и отчаяния.Тот вздрогнул, напрягся. Выдохнул резко, словно его ударили.- Прости… Прости, я ?протекаю?, да? Все, я больше не буду, - гигантское усилие воли, и все эмоции снова заперты на все замки. Он и Влад – учитель и ученик. Шаинский все чувствует. А, значит, нельзя давать себе волю. Просто нельзя. – Иди спать, Владиус, - он накрыл руку Влада ладонью, прижимаясь к ней щекой в неосознанном поиске тепла. – Я… сейчас тоже приду.
- Угу, - судорожно выдохнул Влад, не в силах заставить себя сделать ни шагу. Это казалось важным: остаться и быть. Принять на себя часть боли. Ведь боль, разделенная на двоих - это только половина боли.- Влад, пожалуйста, - внутри снова разворачивалась пружина отчаяния и острого чувства одиночества. Того самого, которое отключает мозги и заставляет делать ошибки. – Иначе… Я сделаю что-нибудь, что тебе точно не понравится, и буду жалеть об этом.
- Угу, - Влад взъерошил его волосы. - Заставишь считать пятнышки на твоей столешнице и тренироваться в наведении обонятельного морока. Что может быть хуже?- Заставлю переспать со мной. Как тебе такая перспектива? - со злым отчаянием бросил Дима. – Забыл? Я же ?червонный?. У меня нет мозгов, у меня только эмоции. Я подчиняюсь им. И сейчас… я даже не знаю, что мне больше хочется – заорать или просто поцеловать тебя.
Влад дернулся, но не отстранился.Вот так вот. Получай, родимый, по сусалам. Хрен редьки не слаще. Или почти физически больно, или… Или больно глубоко внутри от сознания того, что помочь не можешь ничем. Вообще. Даже вот так, просто будучи рядом.- Тебе ведь на самом деле все равно кого?.. - удивительно спокойно спросил Влад. Маленькая победа. Голос не дрожит. Или и ЭТО тоже иллюзия. - Нет, не так… Ты хочешь не меня и поэтому тебе все равно… - он вздохнул. - Идем спать, Дим… Отпустит. Должно Отпустить.Дима медленно встал, высвобождаясь из его рук. Повернулся, глядя в глаза, цвет которых был почти не различим в тени, а потом потянулся к нему. Шепнул тихо: ?не дергайся?, и приник к губам. Без страсти, без напора. Без всего того, за что утром придется извиняться. Просто лаская. Нежно, чувственно. Только губы. Закрыв глаза и чувствуя, как утекает по капле из тела кислота, разъедавшая его. Подушечки пальцев скользили по скулам, невесомо касались щек…
Оттолкнуть? Ударить? А за что? За поцелуй? За то, как ласкают чужие мягкие губы его собственные? Ласкают умело, чутко, так, как ни одна из девушек, с которыми ему довелось свести нежное знакомство.Дима – парень. ?Карта?. И не просто какая-нибудь там ?карта?, а ?черва?, Джокер, что бы это ни означало. И если только он пожелает – он, Влад, сам расстелется хоть на постели, хоть прямо здесь, на полу, и станет умолять обо всем том, что раньше внушило бы ему дикое отвращение. Иллюзия? Какая к черту иллюзия? Чувства?.. Благодарность к человеку, который не оттолкнул его?И Влад ответил. Мягко, ненавязчиво обнял, погладив чуть подрагивающие плечи, острые лопатки.Это должно быть противно? Должно вызывать отторжение? Он ведь тоже не девушка. Но по телу растекается умиротворяющее тепло, будто бы так и надо. Вот так вот. Именно так, и никак иначе.- Прости, - Дима медленно оторвался от него и отстранился, боясь поднять на него взгляд. - И... спасибо, - ладони в последний раз провели по плечам и исчезли. - Иди в постель, Влад. Я... сейчас подойду.
Влад с нежностью коснулся рукой его волос.- Не нужно извиняться, спасибо, что поделился, Дима, - Влад совершенно позабыл о том, что кое-как обмотанную простынь надо держать, потому шаг в сторону и стал для нее фатальным. Смущенный донельзя, он все-таки успел подхватить краешек ускользающей ткани и накинуть его на плечо, на манер римской тоги. Конечно, стратегически важных мест не прикрыть уже, ну да бог с ним… чего теперь смущаться-то? – Не засиживайся, ладно?..Дошлепав до спальни, он расправил смятую постель и наконец-то вытянулся на кровати. Спать хотелось. Почти смертельно. Но на сей раз он по крайней мере, был почти спокоен.- Доброй ночи, Севка… я тебя люблю…Дима проводил его теплым взглядом и вздохнул, обнимая себя за плечи. Холодно... Безумно, невыносимо холодно. Он скользнул взглядом по темному окну и прошел следом за Владом в спальню. Кажется, тот уже спал. Вот и хорошо. Не будет ненужного смущения.
Дима скинул полотенце, натянул белье и юркнул под второе одеяло, которое предусмотрительно достал из шкафа. Вздохнул, свернулся клубком в попытке согреться и провалился в тяжелую, мутную дрему.