Глава 5. Проверка (2/2)
Кензи пригнулся и уставился в мои глаза, видимо, в ожидании пары — другой скупых слезинок.— Ну, ну, ну… ну давай, давай, ну давай же… — стал нескрываемо издеваться, пародируя меня.— Бля. Ты так пялишься, что не. Не заплачу, — отвернулся, пряча невольно появившуюся улыбку. — Но все равно, все козлы!— Как-то это на тебя не похоже. Может, у тебя ПМС? Сразу предупреждаю, что я не в курсе, че это ваще. Просто девчонки постоянно так говорят в подобных случаях.— Пха! Зато ты сегодня слишком беззаботный. Радуешься моим неудачам?— Надо больно… — фыркнул. — Просто я сегодня иду в клуб. Буду танцевать под клевый музон, — озарился улыбкой, на ходу делая пару каких-то невероятных па. — И тебе советую на такой перейти. Вы из-за своего рока впадаете в депрессняк по десять раз на дню.— Просто ты не пытался словить кайф. Когда тебе грустно, роковая баллада — самый лучший вариант на такие случаи. Ты никогда не оторвешься на рэп-концертах так, как сможешь оторваться на альтернативе. Чего стоит один только слэм! Это же адреналин! Ты никогда… Бля, че я тебе объясняю? У меня идея получше. Идем, глиста!— Куда?— Прокатимся.Мы подошли на стоянке к моему ?Кавасаки?.
— Мотоцикл? — иронично хохотнул Кензи. — Я уже ездил на мотоциклах.— Но не со мной же, — вытащил из куртки свой телефон и протянул ему наушники.
— Че?— Суй давай. Сейчас будем ловить тебе кайф, — оседлал я своего железного коня. — Садись.Кензи неохотно, но, тем не менее, без сопротивлений, забрался сзади меня на сиденье, сунув наушники в уши. Я протянул ему свой шлем.— Нет. Давай ты, — скромно отказался.— Не выебывайся. Надевай. Если попадем в аварию, то я предпочитаю сразу в лепешку, а не частично.— Ты такой заботливый, — все же взял.— Ага. Поэтому предупреждаю, держись крепче. За меня…— Э-э?..— Не нервируй! Возьми, блять, меня уже как следует!Кензи неуверенно все-таки положил свои ладони мне на пояс. Я, покликав клавиши телефона, нашел песенку что ни на есть самую подходящую для того чтобы погонять как следует. ?The Kids Aren't Alright?, раз уж малыш предпочитает забугорную музычку. Никогда не надоедает.Надвигаю свои очки. Завожу мотор.Не быстрый начальный проигрыш, гитара — выезжаем со стоянки. Отсчитываю секунды: 9, 10…Выплываю на трассу и умеренно прибавляю скорость. Присоединяются ударные. 15,16…Ритм ускоряется, и я резко набираю обороты. Руки Кензи моментально обвиваются вокруг моей талии, и он на автомате прижимается всем корпусом к моей спине. Предсказуемо и ожидаемо. И мне нравится. Определенно.Мимо стремительно проносятся плотные потоки воздуха, обволакивая мое лицо, не давая делать вдохи. Где-то позади остаются машины, возмущенно сигналя нам вслед.Вступает вокалист.Мы выходим на свободную магистраль уже загородом, и я, чувствуя, как сжимаются ладони Кензи в кулаки, хватая мою футболку, сильнее давлю на газ. Парень прижимается плотнее. Кажется, что я слышу бешеный стук его сердца, перекрывающий рев мотора. Нет… не кажется. Я слышу. Я чувствую его… Адреналин из меня хлещет просто ведрами. Все ненужные мысли выбивает из головы холодный встречный воздух, оставляя внутри только ощущения настоящего. Кажется, что в любую секунду одно неверное движение, и мы в мясо. Но мне настолько сейчас круто, что плевать на последствия. И надеюсь, ему тоже.Кензи сильнее прижимается ко мне своими бедрами, окольцовывая мое тело адски напряженными мускулистыми руками, и я погружаюсь в состоянии эйфории. Это необычно, неожиданно. Этого не должно быть…Что это?..Слышу дикий рев Кензи под пение вокалиста, и меня накрывает волна удовлетворения от понимания того, что парня там вштырило как следует.Еще более громкий крик вырывается из его груди, и теперь штырит меня.Этот путь я знал, как свои пять пальцев. И знал, где надо остановиться, когда песня закончится.
Ровно через три минуты улетного трипа я торможу на обочине около длинного моста, перекинутого через бурную реку, и жду, когда парня отпустит, и он отпустит меня, хотя этот процесс мне прекращать совсем не хотелось. Кензи, кажется, сообразив, что все закончилось, медленно сполз с моего зверя. Трясущимися руками снял шлем, вынул наушники, и посмотрел на меня каким-то слега диковатым взглядом.— ОУ, МАЗАФАКА!— Ты нормально?— Я?! Да я в восторге! Йо! Это что-то охрененное!!! — Кинул шлем с плеером на обочину, подбежал к ограждению на мосту, взобрался на нижнюю перекладину и куда-то за горизонт прокричал: — ЙЯХУ-У-У-У!!!
Эхо раздалось где-то в районе погружающегося в реку солнца.Я подошел к ограде, наслаждаясь выплеском позитива этого милого парня. Он кинул на меня счастливейший взгляд, даря неподдельную улыбку, и я поневоле сам озарился своей фирменной, широкой.— По-моему, я никогда такого еще не испытывал.— Серьезно?.. А как же секс?— Ну-у… — чуть порозовел и заговорил как-то грустно: — Наверное, чтобы испытать нечто подобное во время секса, надо как минимум полюбить.
— Кензи, — кажется, я первый раз за все время обратился к нему по имени, что слегка его удивило. — А ты не любил?— Э-э, я?.. Я не знаю… — пожал плечами. — Может, и любил, просто не успевал этого понять, — понурил голову.— Как это?— Ну-у… Йо! — резко оборвал он мысль.— Что?— Просто, я только ща понял, где мы находимся.— В смысле?— Понимаешь, здесь я в последний раз видел твою… тачку, — закусил губу.— Э-э?— Вон там, — Кензи кивнул на поток бурной реки.— Шутишь?— Ммм-ммм, — отрицательно помотал головой.— Убийца, — кинул ему иронично, а после уставился вниз. — Бедная моя машинка. Как ты там? У меня такое настроение, что я готов броситься к тебе в объятия. Прям мордой на капот, если не промахнусь.— Та-а-ак, меня достала твоя хандра. Так что теперь моя очередь!— Что?— Пошли, — спрыгнул с ограды и уверенной раскидистой походкой направился к мотоциклу.— Куда?— Прокатимся, — подобрал с обочины шлем.*****Мы подъехали к клубу, в котором, как оказалось, Кензи оттягивался по выходным. Уже на улице я услышал знакомый речитатив парней из гетто. На стоянке возле навороченных тачек, из сабвуферов которых долбило то, что язык не поворачивается назвать музыкой, тусила ?йокающая? молодежь в броских шмотках-мешках и с килограммовыми цепями на шеях. Я думал, это я извращенец… Парни, бля, вы японцы или кто?!
Даже когда я видел такое по телевизору, то сразу переключал канал. Не понимаю, как вот от этого всего можно словить кайф. Если бы не Кензи, то вряд ли я когда-нибудь попал в подобное местечко да еще в своей не к месту кожанке и черных в обтяг джинсах.— Меня тут не убьют?— Не-а. Ты слишком бледный. Тебя даже не заметят. Гы… Ну а если серьезно, никому ты тут не нужен. У людей здесь несколько другие интересы.Войдя в клуб, Кензи сразу как-то по-братски стал приветствовать каждого второго рэпера, возгласами ?йо, чувак, вотс ап??. Все это напоминало мне большой спектакль. Не понимал я эту субкультуру, а тем более, как в ней очутился Кензи. Меня же все приветствовали слегка ошарашенными взглядами и смешками.— Если ты хотел, чтобы я почувствовал себя идиотом, то поздравляю, у тебя это получилось.— Релакс, мен. Просто скинь куртку и пойди возьми пивка.
Я, решив последовать совету близнеца, сел где-то сбоку за стойкой, дабы не привлекать всеобщего внимания, и стал наблюдать за Кензи.Он вышел на танцпол и побратался с очередной разноцветной шайкой. Странно было это видеть. В институте он обычно околачивался один, а здесь, практически, душа компании. После мой Цитрусовый, подскакал к ди-джею и, прильнув к уху, что-то ему сказал. Тот одобрительно закивал и стал менять пластинки. Зазвучала, для меня практически ничем не отличающаяся от предыдущей, песня. Но теперь Кензи вышел в центр и стал… танцевать. Уже такая знакомая эффектная волна пробежала от кончиков пальцев руки по телу вниз и исчезла, где-то в мысках цвета апельсина кроссовок. Разворот на девяносто градусов и плавное круговое движение плечами вокруг своей оси. Казалось, что каждая часть его тела живет какой-то своей жизнью. Когда ритм ускорился, Кензи скинул ветровку и остался в майке, как-то совсем издевательски предоставляя мне полный обзор его шикарного создания. Челюсть моя отвисла, и слюна готова была растечься по стойке. Такое подкаченное, рельефное, красивое тело... Каждая его мускула, каждый его изгиб рождали во мне дикое желание. Я тупо потел… Возможно, если бы не непривычная обстановка и музыка, то я бы не стесняясь, раздевал его взглядом, демонстративно облизывая губы. Но сейчас я чувствовал себя не в своей тарелке. Я боялся, что это кто-то заметит. Я боялся, что это заметит Кензи. Когда к нему присоединилась в жарком танце девушка, и ее изящные пальчики смело стали касаться его бицепс, нежно их поглаживая, мне захотелось выть. Моя похотливая душонка готова была выйти из тела и вселиться в красотку, лишь бы оказаться сейчас на ее месте. Широкие джинсы, не жалея мою фантазию, расточительно, неуверенно еле держались совсем уже не на поясе. Я следил за каждым движением бедер моего соблазнителя. Свои ладони он положил на хрупкую талию партнерши. Девушка стояла к нему спиной и, казалось, ее бедра плотно примыкали к его паху. Парочка делает синхронное волнообразное движение, и меня бросает в жар. Черт! Не могу больше! Хочу быть на ее месте! Дико хочу сорвать с него майку, накинуться на него и покрыть желанное тело горячими поцелуями. Еще немного, и, чувствую, к моему возбужденному до предела мозгу присоединится в не меньшем возбуждении несколько другая деталь. Мне стало совсем не по себе. Я не в силах сдерживаться, вскочил с места и направился к выходу, убивая в себе все желания.Не ожидал от себя подобной слабости.
Быстро оседлал мой одинокий ?Кавасаки? среди кабриолетов, и уехал. Всю дорогу вспоминал, что вытворял близняшка на танцполе и нашу поездочку на мотоцикле. Все это неправильно, все должно быть не так.*****Я печально, со слезами на глазах, на прощанье махал носовым платком, постепенно покидающей меня, крыше.
Я хочу… Кензи.НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!! Это все обман воображения! Да! Это все Ичиро. Он постоянно в моем мозгу. Его лицо. Ага… Тогда какого хера я не вижу там голубых глаз и розовой кляксы в волосах?!Пытаясь убедить себя в том, что это всего лишь игры моей больной фантазии, я понимал, что сейчас мне требуется подтверждение этому. Мне надо увидеть его! Ичиро! Немедленно!Ровно в полночь я настойчиво дубасил в дверь квартиры близняшек. Когда та открылась, в проеме появился полуобнаженный худышка с заспанными темными глазами. Я, не говоря ни слова, просто уставился на него, пытаясь понять, что мне нужно.
— Ты? Одурел?! Че долбишь?! Знаешь который час?!— Прости.— Чего надо?— Просто… хотел увидеть тебя. — Что было чистой правдой.— Ну что, увидел?— М-м… — кивнул, и, понимая, что больше мне ничего не надо, решил просто уйти. — Извини, что разбудил. Я пойду.Ичиро, не поняв прикола, нахмурил брови.— Эй, стой. Может, зайдешь? Я все равно уже не скоро усну, — заманчиво приоткрыл дверь.После этих слов я словно очнулся, вспомнив, что у меня есть целый план по завоеванию Ичиро. И, по идее, это неплохой вариант развития событий. Я остановился и оглянулся на уже такого соблазнительного хозяина очага. Он толкнул дверь, давая мне пройти внутрь. И я переступил порог.Квартира оказалась совсем небольшой. По ходу, как и моя, двухкомнатная, но куда более скромная. Ичиро направился в сторону кухонной стойки, кивнув мне на диван.— Располагайся. Кофе будешь?— Не откажусь, — плюхнулся рядом с, как-то бережно усаженным в уголок, розовым плюшевым медведем.
— Тебе какой?— Если есть, растворимый с молоком, и три сахара.— В точности как брат. Одной гадостью питаетесь, — пробубнил под нос, кидая в огромную чашку белоснежные сахарные кубики.Упоминание Кензи вновь заставило меня вспомнить о том, как я позорно смылся из клуба.— А вы с братом совсем не похожи…— В смысле? — подошел, держа в руках лоханку с готовым напитком.— Э-э… я имею в виду внешне, — быстро сориентировался.— Ну, конечно. Все так говорят и в итоге путают. А вот внутренне, вообще не похожи, — протянул мне огромную круженцию с горячим кофе.— Да? — я, поднеся руки к этому ведру попытался его обхватить.— Ага. Я люблю триллеры, он — комедии. Я люблю рок, он — хип-хоп. Он верит в любовь, я — нет. Я — пассив, он — полный актив…— А?.. — слегка тормознув, замер, не успев сомкнуть руки на обжигающей кружке.
Она просто проскользнула мимо моих ладоней и, падая на пол, задела на лету мои колени так, что половина содержимого выплеснулась мне на ноги. Я, в диком охренении от произошедшего, вскочил с места, почувствовав, что вот он ад!— МАЗАФАКА!!! А-А-А-А-А!!! — с ужасом схватился за брюки и, расстегнув ширинку, лихорадочно стал их стягивать.Ичиро дикими глазами просто наблюдал за моими потугами:
— Ой, бля-я…— Что-нибудь холодное! Быстро!Он рванул к холодильнику, открыл морозильную камеру и, достав две упаковки замороженных овощей, кинул их мне.Я поймал пакеты и приложил к ошпаренным гребаным напитком, красным ногам, мысленно благодаря бога за то, что эта дрянь не попала на куда более важный объект выше.— А-а-а-а…— Что у тебя за руки такие? — Ичиро поднял с пола опрокинутую чашку и после стал бессовестно вытирать разлитый кофе моими же джинсами, как половой тряпкой.— Что у тебя за кружки такие?! Ай-ай-ай-ай-ай…Ичиро просто покачал головой, решив, что лучше сейчас меня не нервировать.— Не молчи, говори со мной, — решил отвлечь я себя от чувства боли.— Ты блин как будто при смерти.— Посмотрел бы я на тебя на своем месте.
— Ладно, криворука. Чего те рассказать?— Э-э… Значит, говоришь, братец тоже мальчиков предпочитает? — как бы невзначай нашел тему для разговора. — Ай-ай-ай…
— Еще бы.— И он с кем-то… встречается?— Сейчас нет, насколько я знаю. – На сердце как-то потеплело. — Но на пути братика попадаются еще большие идиоты, чем мне. — Похолодало.— В смысле?— Братишка влюбляется в себе подобных — активов то бишь. Кого бы он не привел, все моментально переключаются на меня. Я их так проверяю, тем самым отгоняя от моего родного всяких козлов. Еще ни разу никто не отказался от этой попки, — слегка шлепнул себя по ней самой. После опустился в кресло напротив, закинув ноги на журнальный стол. — И о какой любви речь? Единственная любовь, в которую я готов поверить, это наша с ним. Кензи никто не достоин! Он только мой. Я о нем забочусь, а он обо мне. Мы — одно целое. И нам никто не нужен. Прости, что разбил сейчас все твои надежды, красавчик.После этих слов внутри как-то неприятно кольнуло, и на мгновение показалось, что по мне пробежала волна ?нелюбви? к парню напротив.— А ты считаешь, что он тоже так думает? Тебе не приходила мысль, что братишка хочет свободы?— Я его не держу.— Еще как держишь. Своим поведением. Куда он от тебя денется, зная, что ?сестренка? в любой момент сама может попасть в такую глубокую задницу, что без его помощи оттуда хрен выберется.— Слушай, ты так говоришь, будто знаешь нас сто лет. Моего брата ты вообще один раз видел. Разве нет? — прищурился. — Так что, не надо строить из себя ясновидящего! И вообще, я последние две недели буквально из-за тебя прозябаю. Я на нуле… — жалостливо похлопал ресницами и надул щеки.— Намек понял. Посмотри в куртке.Ичиро взял кожанку и пошарил по карманам. Нашел купюры достоинством побольше, и глаза его сверкнули.— Спаси-ибо. Ты так мил. Ну, как там твои ляшечки?— Не очень. По-моему, овощи в пакетах сварились.— Ха-ха. Я достану лед.
Ичиро подошел к холодильнику, вытащил из морозилки с десяток кубиков льда и закинул их в целлофановый пакет. Но на этот раз мне его не дал, а неожиданно приземлился передо мной на колени.— Я помогу…— Э-э, не стоит. Я сам, — я, как последняя девственница, сам того не ожидая, сдвинул ноги вместе, что заставило моего соблазнителя прыснуть.— На тебя не похоже.— Если тебя совесть мучает за то, что ты взял деньги, и теперь хочешь рассчитаться привычным для тебя способом, то не напрягайся.
— Сам расслабься. Я всего лишь хочу сделать тебе приятно, и не из-за денег. Просто… мне понравилось, что ты сегодня сказал, когда пришел.— Ты о чем?..— Что всего лишь хочешь меня увидеть. Это так… романтично… — уставился мечтательным взглядом в потолок и наигранно похлопал ресницами.Ичиро тонкими пальцами достал один кубик льда из пакета и поднес его ко рту. Соблазнительно обхватил его губами и развел руками мои ноги. Зрелище оказалось не для слабонервных. Один из пакетов с овощами я передвинул в область паха. Что не говори, а засранец возбуждает. Вынув кубик изо рта, он приложил его к моей раскрасневшейся коже на ноге и стал медленно водить им по коже круговыми движениями. Я зашипел от ледяного, колкого прикосновения, и от несвоевременного перевозбуждения. Но как только я услышал звук поворота ключей в замке, меня вновь как ошпарило, и ноги стали гореть с еще большей силой. Только вот не сейчас, мать его.
На пороге появился Кензи, и видок его оставлял желать лучшего. Грязные джинсы в области колен, размазанная на щеке розовая краска, судя по всему, губная помада, взъерошенные волосы.
Вылупившись на нас, по ходу, с трудом веря своим глазам, он ладонью потер их. Замер. Понимая, что картина ничто иное, как реалия, хриплым, низким голосом произнес:— Н-да… вижу, я помешал. — Слегка покачиваясь, развернулся и попытался ретироваться.
Розовый вскочил на ноги и подбежал к ошарашенному парню.— Братишка, куда ты? Ты же в стельку. Стоять! — Ичиро схватил Кензи за плечи, и направил его в другую комнату. Тот повиновался. — Жди. Я только провожу гостя и сразу приду, — донеслось из спальни.— Можешь не торопиться, — пробубнил Кензи.Ичиро вышел из комнаты, кидая мне сложенные чистые брюки.— Прости, сам понимаешь…Я, вспомнив, наверное, всю нецензурную лексику, которую вообще знаю,с трудом натянул узкие джинсы.— Бля… Как же я ща на мотоцикл сяду?
— Езжай на моей, если не брезгуешь. Заодно заправишь. А завтра заберешь свой транспорт. Не переживай, у нас приличный район.Ичиро, взяв со стола ключи от машины, кинул их мне.— Спасибо.Я, прихрамывая, направился к выходу. Но внезапно меня одернула рука близняшки, и, обернувшись, я почувствовал его теплое дыхание на своих губах.— А вообще… позвони мне завтра, как только проснешься.Я просто кивнул и, потупив взгляд, вышел. План работал на все сто процентов, но почему-то меня это не радовало. Чем больше я сближался с Ичиро, тем отчетливее понимал, что меня интересует совсем не он. А теперь, когда я узнал, что Кензи — полный актив, все вообще перевернулось с ног на голову. Наверное, это как раз то, что мне сейчас нужно. Вернее, не нужно. Не привык быть ?снизу?.