Глава 24 (1/1)

Небо устало держать в себе свои эмоции, и изливалось на Землю шумным сильным ливнем. Джело сидел у окна в комнате рэпера, наблюдая за едва различимыми через покрытое разводами стекло плывущими по небу тучами. У младшего снова сдавило все внутренности, и он сидел неподвижно, боясь сделать себе хуже. Ёнгук, зайдя в комнату, с тоской посмотрел на паренька, который хоть и сидел к нему затылком, но излучал слишком ощущаемую ауру грусти и печали. - Извини, что не могу исчезнуть, Ёнгук-хён… Мешаю тут тебе, а ведь экзамены… - сказал вдруг младший, и рэпер, подойдя к нему, положил руку на плечо младшего. - Что ты говоришь? Я не хочу, чтобы ты исчезал… – убеждая, произнёс он. - Зато он хочет… - вздохнул Джело и, сбросив с плеча руку старшего, собрался уйти, прикрывая не прошенные слёзы. Но был остановлен Ёнгуком, который схватил парня и прижал к себе, обнимая. Джело спрятал лицо, уткнувшись рэперу в плечо. - Ты совсем перестал улыбаться. Постоянно плачешь. Взбодрись! – сказал Ёнгук. - Я не могу без него… - произнёс вдруг младший и разрыдался. Впервые за все эти дни реально разрыдался, а не просто лил слёзы. – Я не могу… Не могу без него!... Прижав к себе Джело ещё крепче, Ёнгук слушал эти надрывные завывания, чувствовал, как под руками трясётся это тело, по которому то и дело проходит крупная дрожь. Джело плохо, но и Дэхёну было плохо. Вспоминая сегодняшний день в университете, Ёнгук вздрогнул. Дэхён выглядел неживым. Из него словно выжали всё человеческое. Он смотрел на всё с одинаковым выражением лица – никаким. Видел ли он хоть что-нибудь? Вроде бы учился, получил несколько экзаменов автоматом, готовился к остальным, но так же, как и Джело, перестал улыбаться. Правда, мелкий постоянно смотрел грустным взглядом, с сожалением думая о том, какое он ничтожество, а Дэхён вообще ни о чём кроме учёбы не думал. Ёндже и Химчан рассказывали, как он ронял учебники в коридоре, но шёл дальше, словно ничего не случилось. Также глядя перед собой, не различая дороги. Блондин говорил, что у парня страшный стеклянный взгляд. Кому тяжелее? Оба страдали, несомненно. Дэхён, который изо всех сил старается жить так, как раньше. Но даже тормозной, на первый взгляд, Чоноп понял, что у парня не получается как раньше. Что он не может пережить этого, и он только больше заваливает себя учёбой и работой, стараясь отвлечься. А холодными дождливыми вечерами сидит на кухне, попивая чай. Смотрит на стул напротив и не верит, что остался один. Понимает, что сам выгнал Джело, но чувствует, что без него всё не так. На Ёнгука Дэхён тоже злился, высказав ему, что ненавидит, когда ему что-то не договаривают. Но рэпера он простил, потому что если ещё и рэпера вычеркнуть из своей жизни, то она превратится в существование и покатится в тартарары. И вот Джело. Если бы Дэхён знал, почему он работает, возможно, он бы простил. Если бы он знал, что младшему приходилось как-то привыкать в такому, он бы понял, наверное. Но Джело молчал, надеясь на то, что любовь Дэхёна к Джело сделает своё дело, и он скажет, что прощает его. И Джело, наплевав на гордость, вернётся к нему. Потому что когда речь идёт о Дэхёне, у Джело в голове нет понятия «гордость». Просто младший хочет к нему. Он так привык обнимать старшего, так привык спорить с ним о пустяках… Так привык слушать его ругань о том, какой придурок Ёндже и что он, Дэхён, его совсем не понимает… И Джело знал – лучше, чем с Дэхёном, ни с кем жить не получится. Даже с Ёнгуком, с которым жить было здорово. Рэпер, понимая, как плохо младшему, постоянно пытался его отвлечь. Даже открыл в нём талант читать рэп. Пока они вдвоём читали тексты Ёнгука, Джело забывал о своих проблемах и выглядел не так ужасно. Но потом, во время ужина, он снова мерк на глазах. Круги под нижними веками становились отчётливее. Джело поднимался из-за стола, бросал рэперу что-то вроде «Пока! Я на работу, вернусь утром» и уходил. А Ёнгук не хотел его отпускать, чувствуя, как мелкому больно от того, что приходится продолжать. Потому что он сам же так и решил. - Зачем тебе? – спросил его Ёнгук как-то раз. - Я всё ещё надеюсь… - ответил младший и, подняв вверх голову, чтобы слёзы закатились обратно, отправился в очередной раз в бар. Рэперу, как человеку заботливому и искренне сопереживающему мальчишке, было тоже больно. Но Дэхён на контакт не шёл, и приходилось просто терпеть, глядя на то, как увядает малыш Джело и как мучается с бесстрастным лицом Дэхён. Ёндже, сидящий в гостях у парня, растеряно наблюдал за тем, как тот пытался найти тетрадь по философии. Наконец, Дэхён нашёл её и сел рядом за стол. - Ну? Чего ты не понимаешь? – спросил парень. Он занимался с блондином. Как в старые добрые времена… - Вот, - ткнул пальцем в учебник Ёндже. Но слушать у блондина не получалось. Казавшийся равнодушным и спокойным, Дэхён сидел и, прямо сейчас, явно страдал. Он, казалось, всегда думает о Джело. А Ёндже немного ревновал. Даже вот так, беспричинно. - Ты в порядке? – не выдержав, спросил блондин, прерывая объяснения парня. Того вопрос, наверное, ввёл в замешательство, раз он так завис. - О чём… ты? – спросил Дэхён, непонимающе глядя на блондина своими почерневшими печальными глазами. А Ёндже было больно смотреть в это осунувшееся лицо. Он аккуратно, медленными движениями, поправил прядь волос за ухом Дэхёна, вложив в это движение все свои чувства. Ему тоже было грустно, когда тут творится такое. Кто бы мог подумать, что этого русоволосого парня так заденет недосказанность Джело, и они будут жить порознь, не общаясь друг с другом. Раньше о таком даже не думалось, а сейчас это устоявшийся факт, который хочешь, не хочешь, а принять придётся. - В последнее время ты сам не свой. Назови меня придурком, а? Поругайся, что я ничего не выучил. Скажи, что я тупой остолоп, и ты не хочешь тратить на меня своё время. Хоть что-нибудь… Дэхён отвернулся. - Не понимаю. В последнее время он часто говорил, что чего-то не понимает. А Ёндже казалось, что он вправду не понимает. Дэхён больше не мог нормально жить. Он всё глубже уходил в себя. И в такие моменты Ёндже обнимал его, прямо как сейчас. А Дэхён, как ни странно, разрешал касаться себя. Ему было, наверное, всё равно. Наверное, он даже не понимал, кто перед ним. И не помнил, что было в прошлом. Он старался вычеркнуть прошлое. Этот кусок прошлого, в котором жил и царствовал улыбчивый розововолосый малыш Джело. Но это оказалось невозможным, и Дэхён, всё больше скучая и тоскуя, превращался в бездушную куклу, которая ни на что даже не реагирует. И каково было Ёндже, который видел всё это? Он готов был забрать всю боль Дэхёна себе. Признавшись себе в этом, он сначала усмехнулся, подумав, какие глупости лезут ему в голову, а потом понял, что так и есть. И прижимая сейчас к себе этот комок страданий, блондин всем сердцем желал, чтобы тому стало хоть чуть-чуть полегче. Он пытался уговорить Джело вернуться, но тот сказал, что если хён его выгнал, он не вернётся, иначе он разозлится. Тогда Ёндже пытался поговорить с Дэхёном, но тот никогда не понимал, о чём ему говорят. Или не хотел понимать. - Прекрати уже терзать себя… - осипнув от бессилия, произнёс Ёндже, беря в руки внезапно погрустневшее лицо Дэхёна. Хоть какие-то эмоции. – Я не могу на тебя такого смотреть. Ну же, Дэхён… Но Ёндже так и не смог посмотреть ему в глаза. У того в глазах совсем ничего не читалось.***

С наступлением экзаменов Дэхёну стало ещё хуже. Он еле-еле справлялся со всеми делами, а заставить себя что-то делать было всё тяжелее. Ёндже постоянно следовал за ним, словно тень, и парень привык к обществу блондина. На самом деле, Ёндже не пользовался положением Дэхёна, а просто волновался, что он шлёпнется где-нибудь на улице от переутомления или же покончит жизнь самоубийством. Блондину с каждым днём казалось, что это вполне себе реально, и Дэхён и впрямь может такое отчебучить. Он слишком сильно привязался к Джело. В то же время, у младшего начались каникулы. Он ходил в агентство, по ночам работал, а всё остальное время спал. За весь год, что он работал ночью и учился днём, позабыв, что такое нормальный сон. Поэтому Ёнгук, возвращаясь из университета, либо лицезрел сонную рожу Джело и слышал его убитое «Привет», либо вообще не находил его дома, потому что тот пропадал в агентстве. Но младшему, кажется, стало получше. И, заметив это, рэпер с любопытством поинтересовался в один вечер, когда они вдвоём ужинали: - Тебе уже лучше? Джело поднял взгляд на старшего, немного задумавшись. - Я невыносимо скучаю по нему, - признался он. – Но я решил, что возьму всё в свои руки и пойду мириться. Рэпер удивлённо уставился на парнишку, который снова стал уплетать еду, словно ел в последний раз. - У тебя есть план? - Да, есть, - бросил младший. Ёнгук не смог сдержать своей улыбки. Он был бы рад, если бы Джело, наконец, стал таким же живым, как в то время, когда жил с Дэхёном. Но всё вышло не так, как хотел Джело. Это было понятно по выражению его лица, которое сейчас видел рэпер. - Извини, я пришёл позже, чем планировал, - сказал Дэхён, проходя в квартиру Ёнгука. – Тебе нравятся мятные пряники? Я купил их, потому что они свежие... - Да, люблю, Дэхён, проходи, - отозвался рэпер, подталкивая друга на кухню. Дэхён сел за стол, но вдруг в глаза бросилась вроде бы знакомая тетрадь. И пока Ёнгук возился с чайником и рылся в холодильнике, Дэхён встал со своего места и подошёл, взяв тетрадь в руки. «Чхве Чунхон» - прочитал Дэхён имя на внутренней стороне обложки в тетради. Знакомый почерк. Знакомое имя. Знакомое… До боли. Это всё мираж, всё миф о том, что ему стало проще жить, что он, наконец, забыл жизнь с малышом Джело. И сейчас реальность ударила в голову, отозвавшись тупой болью в висках. Ёнгук, повернувшись к притихшему другу, понял, что мелкий допустил оплошность, забыв свою тетрадь по физике именно здесь, на кухне. Вот как повернулась судьба. - Неужели… Он здесь? – только и спросил Дэхён. А рэпер, не видя его лица за густой отросшей чёлкой, понял, насколько тому поплохело. Уже по сдавленному голосу было понятно. - Знаешь же, что ему некуда идти, - ответил Ёнгук, уже готовясь к тому, что Дэхён начнёт орать и устроит ему разнос по поводу того, что от него снова что-то скрыли. Но, как ни странно, всё случилось совсем не так. - А я-то думал, куда бы он мог пойти… Думал, он умер на улице, - тихо проговорил Дэхён, расслабляя пальцы, и тетрадь, шурша листами, упала на пол. - Но ты же не хотел бы, чтобы так произошло, да? – осторожно спросил рэпер. - Не хотел бы… - признался Дэхён, стоя с опущенной головой. Придавленный этим тяжёлым воздухом и своей ничтожной жизнью. И вдруг… - Ёнгук-хён, представляешь? Мне дали скидку в аэропорту! Ну ничего себе, круто! – кричал Джело, влетая на кухню. А Ёнгук понял, что даже не слышал, как ключ, выданный им мелкому, звякнул в замке. Дэхён, видимо, тоже не слышал. Он стоял всё также, но дёрнулся, услышав такой родной голос. Он почувствовал себя в ловушке. Страшно. Он даже не знал, что ему сказать. Упрямство – вещь такая. Дэхён не хотел признавать, что жить, зная, что он не может поговорить с мелким, не получается. Жить без него тоже слишком одиноко. Даже с Ёндже, который зачем-то постоянно лип и пытался его отвлечь от тяжких дум. А младший сначала не понял, что произошло. Когда он вбежал, первое, что он увидел, был Ёнгук, который смотрел на него как-то жалобно. Затем тетрадь. А потом снизу вверх Джело осматривал парня, который хоть и был взрослее его, но выглядел настолько жалко, что казался совсем маленьким. Джело побледнел. В лёгкие резко ударил давящий страх, леденящий душу. Но потом он собрался. - Хён… Хорошо, что ты здесь, - сказал младший, собираясь с мыслями. Он был готов ко всему. Что его проигнорируют, что на него наорут, что отвергнут. Но ничего из этого Дэхён не сделал. Он поднял голову и резко повернул её, глядя в это лицо. Его черты за несколько недель, что они жили порознь, успели размазаться в памяти парня, но они оставались там, так или иначе. Вот же он – Чхве Чунхон. Джело. Его маленький Джело. - Я… Хотел пойти мириться, - решительно продолжил паренёк. – И я хочу объясниться перед тобой, ведь ты ничего не знаешь. Но прежде чем я всё объясню, я хочу подарить тебе кое-что. Джело снял свой маленький рюкзачок, купленный недавно, и достал из него какой-то красивый конвертик, протянув его Дэхёну. Тот дрожащими руками принял его и, открыв, достал оттуда содержимое. В руках были билеты в Японию. В Японию! Дэхён, не понимая, что происходит, так и сказал, повернувшись к младшему: - Не понимаю. - Пойми, хён… - вздохнув, произнёс Джело, устало глядя на старшего. – Я работал там не потому, что люблю всё это. С того дня, как ты спас мне жизнь, я никому не желал счастья так сильно, как тебе. На тебя навалилось многое, и я искренне желал, чтобы ты хоть на какой-то момент забыл о своих проблемах. Поэтому я копил деньги, чтобы летом мы вдвоём поехали куда-нибудь. Чтобы побывали в разных местах, сделали много фотографий с воспоминаниями. Чтобы ты отдохнул и забыл всю ту боль, что пережил. И насилие, и случай с твоим папой, и… Все эти труды. Работа, учёба… И моё предательство. Теперь мне неважно, с кем ты поедешь. Но поехать ты должен, иначе все мои унижения были напрасны. Ты бы знал, как я себя почувствовал, когда встретил в твоём офисе своего клиента. Даже не знал, что он расскажет тебе… Это очень прибыльная работа, тем более, я самый востребованный танцор. Пусть это грязно, хён. Я ради тебя на всё готов. Я потерплю. Потерплю ещё немного. И ещё немного. И полгода потерплю. К сожалению, многое в этой жизни упирается в деньги, и я вынужден делать всё это. Лучше делать то, что умею, чем вообще ничего не делать. Джело опустил голову, в очередной раз вздохнув. Вдох, выдох. Он сказал это. Он смог сказать, и старший выслушал. Дело сделано. Теперь нужно аккуратно удалиться, дав хёну время подумать. Младший уже медленно повернулся и собирался уходить, как вдруг ощутил на запястье крепко сжимающие его пальцы. Он обернулся, глядя на измученного Дэхёна. - Я хочу… С тобой. - Поехать? – догадавшись, спросил Джело. - Да… Джело не знал, что можно испытывать счастье, только глядя в эти глаза. Что можно радоваться, перекидываясь с ним односложными предложениями. Что можно так испугаться, глядя на его слёзы. -Эй, хён! Ну ты чего… - возмущённо вскрикнул Джело, притягивая лицо старшего к себе, взяв его в руки и, совсем позабыв, где находится и что делает, начал сцеловывать с щёк старшего солёные слезинки. И сам расплакался, смешивая их слёзы, капая на щёки старшего. По вкусу – одно и то же, но он понимал, где его слёзы, а где – свои. Ёнгук, наблюдавший за этой картиной, пребывал в непонятном состоянии грусти от этой душещипательной картины и счастья, что, наконец, они помирились. - Джело, твои губы… Прекрати… - начал упираться Дэхён. – Не целуй… Ты ведёшь себя… Неподобающе. - Ах ты… Даже сейчас меня отчитываешь, - посмеиваясь, но всё ещё со слезами на глазах, отозвался Джело, крепко обнимая старшего. - Возвращайся домой… – вдруг сказал Дэхён, обнимая младшего в ответ. Так крепко, как ещё никогда не обнимал. – Возвращайся… - Конечно, хён! – проговорил Джело, срывающимся от невыносимого счастья голосом.***

Когда Джело вернулся домой, Дэхён заметно преобразился. Это сразу же заметил Ёндже, придя, уже по привычке, с вкусностями в гости. Дэхён улыбался с порога, сияя. Увидев его улыбку, блондин понял, что земля у него из-под ног постепенно уходит. Улыбка была очень красивой. Давно он её не видел… - Что-то случилось? – спросил он у парня, заходя в квартиру. - Ну, как сказать… - таинственно проговорил парень, бросив на Ёндже странный взгляд. Блондину тут же показалось, что Дэхён кокетничает. А зайдя на кухню, понял, что мелкий вернулся. Только он мог вытащить половину кружек на стол, налить в них всякого чаю и кофе, и уйти, забыв про них. - Ты рад? – спросил Ёндже Дэхёна, который указал ему пальцем на кружки, мол, «Выбирай». - Угу, - сказал Дэхён, счастливо опустив взгляд в пол. - Ведёшь себя так, словно невеста-девственница перед свадьбой… - не удержался от колкости блондин, но Дэхён ничуть не обиделся, внезапно расхохотавшись, оценивая шутку. - Правда? Это забавно! Удивившись, Ёндже подумал, что так даже лучше. Он взял одну кружку с чаем и поставил на стол пакет с кексами. - Мне письмо от мамы пришло, - поведал Дэхён, садясь напротив, и во все глаза глядя на Ёндже. – Папу через неделю выпишут! Сделав это объявление, Дэхён схватил со стола кекс и, откусив кусочек, довольно улыбнулся, напоминая мартовского кота. - Ого! Здорово! А как насчёт того, чтобы они приехали сюда? Всё равно же экзамены скоро заканчиваются… – предложил блондин, радуясь, что Дэхён так оживился. - Не, не катит. - Почему? - Во-первых, - начал Дэхён, облизывая сладкие после кекса пальцы, вызывая у Ёндже приступ помешательства и заставляя нервно сглотнуть. – Я им не рассказал про Джело. - До сих пор? - Ну да. А во-вторых, мы с Джело уезжаем на весь июль отдыхать. Эта новость не стала для Ёндже слишком радостной. - Куда?... – потеряно спросил он. Он-то ожидал, что летом сможет провести с Дэхёном больше времени. - В Японию, - объявил довольный парень. – Мне Джело подарил билеты. Здорово, правда? Ёндже выдержал паузу под удивлённым взглядом Дэхёна, который не понимал, почему у блондина так изменилось лицо, а потом вдруг улыбнулся. Той самой улыбкой, которую с недавнего времени так ненавидел Химчан. Вымученной. - Конечно! Надеюсь, ты привезёшь мне хотя бы кость от тамошней японской рыбки? А то без сувенира как-то… – насмешливо сказал Ёндже, скрипя сердцем. - Ну, ты чего? Я привезу всем нормальные сувениры, - произнёс Дэхён. – Круто, что ты радуешься за меня, дурачок Ю Ёндже. - Я до сих пор дурачок? – спросил блондин, улыбаясь ещё шире. - На стадии преобразования в умного человека, - игриво хихикнув, сказал Дэхён, а Ёндже вдруг подумал, что он, наверное, никогда не поумнеет. Ведь он любит этого глупца, который до сих пор ни о чём не догадывается, несмотря на то, что он, Ёндже, так странно себя ведёт.***

Все успешно сдали сессию, и Джело с Дэхёном засобирались в поездку. - Японское море! Сакура! Пагоды! – кружась как снежинка, кричал Дэхён, бросая шмотки в чемодан. - Пагоды и у нас есть, хён, - смеялся Джело. - Молчи, испортишь настрой весь, - хохотал старший. - Но сакура не цветёт летом, хён, только и всего, - добавил Джело. - Блин. А Ёндже, совершенно убитый новостью, что Дэхён уедет на целый месяц, за день перед поездкой потащил его в магазин. - Зачем?... – удивлённо спрашивал парень, тащась за блондином. - Хочу купить тебе кое-что. Они зашли в ювелирный. Ёндже огляделся и, кинув взгляд на Дэхёна, сказал: - Выбери себе тут что-нибудь. Как талисман… Надеюсь, мой подарок будет оберегать тебя. - Что с тобой, Ю Ёндже? – растеряно спросил Дэхён. – Ты странно себя ведёшь. Тот, повернувшись, улыбнулся. Всё той же улыбкой. Но Дэхён не понимал, что она ненастоящая. - Просто выбери. Дэхён подошёл к подвескам. И вспомнил про ключик, который висел у него на шее. Он его почти никогда не снимал. Ключик от таинственного незнакомца. Но раз Ёндже так просит… - Вот это, - ткнул он пальцем в подвеску с маленьким замочком. - Почему?... – улыбаясь, спросил Ёндже. - Потому что вот, - проговорил Дэхён, демонстрируя блондину ключик на цепочке. Тот нисколько не высказал своего удивления, хоть и был осчастливлен тем, что парень всё-таки носит эту вещь, даже не зная, от кого она. - Ладно, купим эту, - согласился блондин, подходя к продавщице. Та, увидев Ёндже, внезапно воскликнула: - А! Вы тот самый покупатель!

- Что? Он тут когда-то уже был? – спросил Дэхён у продавщицы. - Ну да, вот этот ключик у вас на шее… - проговорила девушка, и Ёндже внезапно осознал, что его раскрыли. Дэхён медленно повернулся к Ёндже, который тут же отвернулся. - Вы что-то путаете. Просто заверните нам это, и всё. Сунув покупку Дэхёну в руки, блондин попытался сбежать, но был остановлен парнем у выхода из магазина. - Это ведь ты, Ю Ёндже… Те подарки на четырнадцатое февраля… - Я ничего не дарил никому в День всех влюблённых! - Это был ты, я точно уверен. - Чон Дэхён! - Не ври, это ведь ты! Ёндже повернулся к этому парню, а Дэхён, не успев вовремя затормозить, врезался в блондина, в упор глядя тому в глаза. И блондин, стоя так близко к этому надоедливому, но любимому, парню, не смог соврать. - Ладно, это был я. Но какое это имеет значение сейчас, тридцатого июня? Дэхён, даже понимая, что на них все смотрят, когда они так близко прижаты друг к другу, улыбнулся и сказал: - Но мы все так хотели сказать тебе «спасибо», но не знали, кому говорить. Ёндже тут же потерялся в этих глазах. Сейчас они излучали благодарность. Дэхён правда был благодарен ему. Но блондин снова почувствовал укол боли. Завтра он уедет. И снова улыбнулся. От безысходности. Да и Дэхёну нужно было чем-то ответить на эти слова.***

На следующий день Джело с Дэхёном уехали. Проводив этих двоих, Химчан позвал Ёндже к себе. Просто так. - Ну? Как у вас с Ынхи? – насмешливо спросил Ёндже, хитро прищурившись. Химчан жутко смутился. - Что у меня с ней может быть? - Любовь! – ляпнул блондин. – Вы такие милые были в аэропорту. Стесняшки всё, я просто не могу не умиляться, ну! - Ёндже, ты! – разозлился и тут же покраснел брюнет, вызвав у Ёндже очередной приступ смеха. - Да ладно… Это нормально. Вы подходите друг другу. Химчан отвернулся, промолчав. Казалось, что он так не считает, но в душе подозревал, что ему бы этого всё-таки хотелось. - Я вообще о таком не думал… Мне вот немного тоскливо будет без мелкого. И без Дэхёна, конечно же. Ёндже, услышав это имя, вздрогнул. На мгновение улыбка пропала с его лица, но потом вернулась… Та самая. - Они приедут скоро, не успеешь заскучать, - поведал он. Химчан, взглянув на своего друга, сначала прищурился, а потом вздохнул. - Всё-таки… я ненавижу эту твою улыбку. - Что? Ты не любишь, когда я улыбаюсь? Сволочь, - засмеялся блондин. - Нет, - серьёзно сказал Химчан. – Просто вот спросить всё хочу… - Что? - Ты так любишь его? Этот вопрос был слишком неожиданным, и заставил Ёндже улыбнуться ещё шире. - Кого это? – продолжал валять дурака блондин. - Дэхёна. - Ох, Химчан… Ты всё о том же? Никто, кроме тебя, не напоминает мне о той ночи… - Прекрати, Ёндже. Хватит дурачком прикидываться. - С чего ты взял, что я люблю Дэхёна? Что, Ынхи рассказала? Вы насколько близки? Химчан снова вздохнул. - Нет… Я сам догадался. Давно уже начал подумывать об этом. - Ну? И чем я себя выдал? – уже не скрываясь, сказал блондин. - Знаешь… Когда он переспал с той девкой… Тогда у тебя появилась эта улыбка. И она появлялась каждый раз, когда речь заходила о Дэхёне. Каждый раз, когда тебе становится больно, ты улыбаешься так. ТАК. Так отвратительно. Эта улыбка… Она ужасна. Она полна боли и отчаяния. Ты правда так сильно влюбился? - Что я должен ответить? – спросил Ёндже, прибирая улыбку с лица. Его лицо вдруг погрустнело. - Это ведь то самое, что ты не мог сказать мне? - Да. - Так вот… Я не думаю, что это плохо, хоть и весьма странно. Чтобы ты кого-то полюбил… Парня полюбил… Дэхёна, к тому же. - Мне нельзя? Вопрос застал Химчана врасплох. Он не понял, что значит «нельзя». - Ну, почему же… Это всё-таки любовь, да? Ты уверен?....

Ёндже взъерошил свои светлые волосы, простонав. - Ну да, Химчан, - серьёзно сказал он, печально глядя куда-то перед собой. – Это определённо любовь. Но что мне сделать? Уже сил нет это терпеть… - произнёс он, уже взглянув на друга и отчеканив. – Я никогда больше не полюблю. Я уверен. Абсолютно точно. То, что происходит сейчас – вот любовь. Понятно? Исправляйте мои ошибочки, пожалуйста... Время 0:17 и я хочу спать.Для тех, кто боялся за судьбу мелкого. Вот оно вам.Два трэка. Сначала Beast/B2ST – On Rainy Days, а потом, когда всё резко хорошо Nickelback – Gotta Be Somebody.